«Не возненавидела своего супруга за его старость и прекрасная кроткая Терция Эмилия, жена полководца Сципиона Африканского Старшего[232]. Эта женщина была благоразумной и крайне добродетельной. Несмотря на то, что муж был старше ее, а она все еще оставалась молодой и красивой, тем не менее, он делил ложе с одной из служанок, ее горничной. Это происходило так часто, что благородная женщина о том узнала. Однако, несмотря на то что муж причинил ей такое зло, она прибегла к мудрости, а не к пагубной склонности, называемой ревностью, и так мудро скрывала свою осведомленность, что ни ее супруг, ни кто-либо другой не слышали от нее упоминаний об этом. Ведь она не хотела предавать это огласке, поскольку ей казалось постыдным упрекать столь великого человека, каким был ее муж. Рассказать об этом другому было бы еще хуже, поскольку это оскорбило и принизило бы образ мудрого мужчины, замарало бы честь и славу этого героя, покорившего царства и империи. Однако эта благородная женщина не перестала преданно служить своему мужу, любить и почитать его, а когда он умер, освободила его любовницу, выдав замуж за свободного человека».
Тогда я, Кристина, ответила ей: «Несомненно, госпожа, истинно то, что вы говорите, и я часто вижу, как женщины, зная, что супруги им совсем не верны, ничуть не перестают их любить и нежно о них заботиться, но даже покровительствуют и обустраивают жизнь тех любовниц, которые имеют детей от их мужей. Я даже слышала подобное об одной женщине из Бретани, бывшей графине Комон, которая вышла замуж во цвете своих юных лет, была прекраснее всех женщин вокруг, и ее великое терпение и благодушие побудили ее поступить подобным образом».
«Ксантиппа, благородная, мудрая и добрая женщина, была женой великого философа Сократа. Несмотря на то, что он был ее старше и больше сил прикладывал к поиску и изучению книг, чем к приобретению красивых и изысканных подарков для жены, эта достойная женщина не перестала его любить. Наоборот, блистательность ума, великая добродетель и постоянство мужа побудили ее любить и почитать его еще сильнее. Когда эта достойная женщина узнала, что он приговорен к смерти афинянами, поскольку обличал их за идолопоклонство и говорил, что есть лишь один Бог, которому следует поклоняться и служить, эта благородная женщина не вытерпела: с растрепанными волосами, плачущая и преисполненная скорби, она стала ломиться в крепость, где был заточен ее муж. Она увидела его среди недостойных судей, которые уже подавали ему отравленный напиток, чтобы лишить жизни. Вбежав в тот момент, когда Сократ поднес чашу к губам и намеревался выпить яд, она бросилась к нему, гневно выбила чашу из его рук и опрокинула на землю. Сократ осудил ее за это, советуя смириться, и постарался утешить. Поскольку она не могла предотвратить его смерть, то преисполнилась скорби и воскликнула: „О, какой позор и какая великая потеря! Такой достойный человек будет убит несправедливо!“ А Сократ продолжил утешать ее, говоря, что лучше он будет казнен несправедливо, чем заслуженно, после чего скончался. Но не нашло покоя сердце той, которая его любила, и скорбь поселилась в нем до самого конца ее жизни[233]».
«Сенека, мудрейший философ, посвятил всего себя науке и был уже довольно стар, но, тем не менее, не был обделен любовью своей юной и красивой жены по имени Помпея Паулина. Вся жизнь этой благородной женщины состояла в служении ему и охране его покоя, поскольку она была ему безмерно предана и очень нежно его любила. Когда она узнала, что император и тиран Нерон, некогда ученик Сенеки, приговорил его к смерти, приказав пустить себе кровь в ванне, она помешалась от горя. Возжелав умереть вместе со своим супругом, она стала страшно оскорблять тирана Нерона, чтобы тот жестоко покарал и ее. Но ничего не добившись, она так скорбела о смерти своего супруга, что ненадолго его пережила».
Я, Кристина, ответила говорившей: «Истинно, почтенная госпожа, ваши слова пробудили во мне воспоминания о многих других женщинах, юных и прекрасных, которые безмерно любили своих мужей несмотря на то, что те были безобразны и стары. Да и в наше время я достаточно видела тех жен, которые без меры любили своих мужей и сохраняли верность и любовь к ним на протяжении всей их жизни. Так, благородную даму, дочь одного из баронов Бретани, выдали замуж за доблестного коннетабля Франции, господина Бертрана Дюгеклена, который был стар и некрасив телом, но она, в цвете юности, более дорожила его добродетелями, чем внешностью, и полюбила его так сильно, что потом всю оставшуюся жизнь оплакивала его[234]. Я могла бы рассказать еще много таких случаев, но я пропущу их ради краткости».
Тогда она ответила: «Охотно тебе верю и расскажу еще о женщинах, любивших своих мужей».