А Отон[287], император, который сменил Гальбу на троне, разве он был лучше? Говорят, что женщины очень заботятся о себе, он же был столь утончен и нежен телом, что не было никого более изнеженного, чем он. Трусливый, озабоченный только собственным удобством, вор, мот, распутник, лицемер, сластолюбец, лжец, изменник, исполненный гордыни и всевозможных пороков. Концом его трехмесячного царствования было самоубийство после того, как его враги одержали над ним верх.
Вителлий[288], наследовавший Отону, был не лучше и тоже исполнен всяких мерзостей. Не думаю, что тебе нужно об этом рассказывать, но не считай, что я преувеличиваю! Почитай жизнеописания императоров и их жизни, и ты обнаружишь, что только некоторые из них были добры, справедливы и тверды духом, среди которых Юлий Цезарь, Октавиан[289], император Траян[290] и Тит[291]. Но говорю тебе точно, что на одного из этих добрых императоров ты найдешь десять злых.
То же самое я могла бы сказать тебе о папах и духовных лицах Святой Церкви, которые еще больше, чем другие люди, должны быть совершенными и исключительными и в первые века христианства были святыми, но с тех пор, как Константин наделил Церковь великими доходами и богатствами, куда же пропала святость? Надо всего лишь прочитать деяния и хроники! А если ты захочешь мне возразить, что это дела давно минувших времен, а в настоящее время все хорошо, то оглянись, стал ли мир лучше, много ли постоянства и твердости в поступках и намерениях властителей, как духовных, так и светских? Это очевидно, и я не буду говорить об этом более. Я не разумею, как могут мужчины говорить о непостоянстве женщин и как им не стыдно открывать рот, чтобы такое произносить, когда они считают великими деяниями те легкомысленные и непоследовательные дела, которые кажутся детскими забавами, и совершают их они, а не женщины. А насколько добросовестно ведутся переговоры и заключаются соглашения во время их совещаний?
Ведь, в конечном счете, именно непостоянство и легкомыслие толкают поступать наперекор разуму, который побуждает здравомыслящего человека творить благо. Но когда мужчина или женщина позволяет чувственности одержать победу над разумом, наступает безволие и непостоянство. Чем сильнее в человеке безволие, тем большие ошибки и прегрешения он вершит, ведь тем более отдаляется он от разума. Таким образом, как говорят историки — и опыт, я вижу, этому не противоречит — несмотря на то, что некоторые авторы и философы говорят о женском легкомыслии, ты не найдешь ни одной женщины, которая отличалась бы такой испорченностью, какую мы можем увидеть у множества мужчин. Самыми отвратительными женщинами были Аталия[292] и ее мать Иезавель[293], царицы Иерусалимские, преследовавшие народ Израилев, Брунгильда[294], королева Франции, и некоторые другие. Но подумай о порочности Иуды, который так жестоко предал своего доброго учителя, апостолом которого был и от которого он не получал ничего, кроме добра. Подумай о черствости и жестокости евреев и народа Израилева, который из ненависти и зависти убил не только Иисуса Христа, но и стольких святых пророков до него — их умертвили различными способами, одних забросав камнями, других оглушив. А если взять Юлиана Отступника[295], которого из-за его великой порочности некоторые считали одним из антихристов, или Дионисия, вероломного тирана Сицилии[296], который вел такую бесчестную жизнь, что отвратительно читать его жизнеописание? Сколько помимо них было злых правителей из разных стран, коварных императоров, пап-еретиков и других прелатов-отступников, полных сладострастия антихристов, что мужчинам лучше было бы молчать, а женщинам благодарить и хвалить Господа за то, что он поместил сокровище их души в сосуд женского тела. На этом я закончу. А чтобы опровергнуть тех, кто говорит, что женский пол слаб, я расскажу тебе о некоторых очень сильных женщинах; их истории приятно слушать и им полезно подражать.