«Моя милая Айви,
Я обязательно найду способ встретиться с тобой. Пусть не сразу, но я его найду. Какой смысл от победы, если я не могу разделить ее с тобой?
Знаешь, в том зеркальном портале я увидел отца и мать. Они были так счастливы и молоды. Я ведь никогда не видел маму, только на портретах, но я сразу узнал ее. И отец рядом с ней был совсем другим: более мягким, спокойным, расслабленным. А потом она исчезла, и в отражении остался лишь образ отца. Он был в ярости, кричал на меня, обвинял в том, что мать зря отдала свою жизнь за такое ничтожество, как я. Называл неудачником и величайшим разочарованием Эреша.
Затем я увидел лорда Хейнса. Он раз за разом твердил, что не может взять в толк, как у такого одаренного отца мог родиться такой посредственный сын. Образы сменялись, а в мозгу билась лишь одна мысль: я ничтожество, бездарность, бледная тень великого отца. Чувство беспомощности и отчаяния парализовало меня, лишило воли, и мне, как я ни старался, не удавалось стряхнуть с себя оцепенение. Уверен, я бы провалил испытание, если бы не вспомнил о тебе. Только ты любишь меня просто за то, что я есть. Тебе неважны мои достижения, тебе просто нужен я. И это придало мне сил. Я вспомнил предсказание Верховного жреца о том, что нас с тобой ждет великая судьба. Не важно, чего достиг мой отец, – у меня есть ты, и ты веришь в меня. Вместе мы все преодолеем. Если мне выпадет честь стать Хранителем, я буду достоин этого. Ради тебя. Ради нас. Как только эти мысли пришли мне в голову, иллюзия рассеялась и передо мной возникла лишь зеркальная гладь портала. Айви, этой победой я обязан тебе.
Подозреваю, я тебя растрогал, и ты уже затопила письмо слезами. Знаю-знаю, ты сентиментальна. Но сейчас я немного повеселю тебя. Ни за что не догадаешься, что увидел в зеркале Дрейк! Я смеялся до колик.
Дрейк. Боится. Скуки.
Да-да, ты все правильно прочитала! Не провала, не неудачи, не насмешек, не ответственности, а именно скуки. В этом весь Дрейк. Он увидел себя в роли Энси за огромным столом в окружении стопок пыльных книг, манускриптов и свитков. Ими была забита вся комната, на некоторых даже сверкала паутина. Ему показалось, что он и сам начинает покрываться пылью, но внезапно в дверь постучали и внесли новую порцию донесений, которые требуют немедленного внимания высочайшего лорда Хранителя.
Дрейк сказал, что именно в этот момент он осознал, что вся его жизнь будет насквозь пропитана невыносимой скукой. Парализующей, изматывающей, всепоглощающей. Она лишит его смысла жизни, желаний, интересов и, в конце концов, даже собственной личности. Для всех он перестанет быть Дрейком и превратится в лорда Хранителя. И этого не изменить. Вся жизнь останется позади. Все уже было, все случилось, осталась лишь беспросветная череда обязанностей и проблем.
Айви, он так рассказывал об этом, что мне действительно стало жутковато. А справился он со своим страхом, впрочем, так же неожиданно. Его сознание зацепилось за слово «проблемы». Проблемы, препятствия, помехи. Он вспомнил, что всю жизнь занимается лишь тем, что сражается с бесконечными трудностями в виде отборов на роль Хранителя, и это совсем не скучно. Во всяком случае, намного веселее, чем жизнь обычного Лунного лорда. Дрейк вспомнил о тренировках и сражениях. Вспомнил, наконец, Энси Бертрама, который совсем не выглядит пленником кабинета и библиотеки. Так он и увидел портал. Шагнул туда и столкнулся с Лораном.
А вот последний, кстати, своими страхами поделиться отказался. Впрочем, ничего удивительного – Лоран всегда был замкнут. Как ты понимаешь, Фейрона тоже воздержалась от пояснений. Видела бы ты, с каким превосходством она поглядывает на Лорана. Я уверен, она бы и на Дрейка так смотрела, но побаивается его шуточек. Наверное, в душе уже представляет себя с гигантской короной и троном. Я до сих пор не понимаю, зачем она претендует на звание Хранителя. Ей ведь придется думать еще о ком-то, кроме себя. Хотя я не исключаю, что в ней есть и положительные черты. В таком случае она слишком хорошо их скрывает. Впрочем, решение принимать не мне. Я убежден лишь в одном: в финале нет случайных претендентов. Не стоит никого недооценивать.
Наверняка я уже утомил тебя своими рассуждениями. Лучше расскажи мне, как ты поживаешь? Как идут дела в поместье? Как Мара? Так и не пришла в себя или уже будоражит несчастных служанок своими проказами?
Я написал бы больше, но ужасно хочу спать. Кошмары в последнее время преследуют меня все настойчивее. Должно быть, всему виной испытания. Надеюсь, сегодня мне приснишься ты.
Искренне твой, Шейлар».
