Любимые игрушки шугендзя клана Черепах из маленькой семьи Горо. Семьи, которая никогда не взаимодействует с инквизицией и никогда не покидает стену. Такие зеркала создают только опытнейшие шугендзя из этого рода, каждое из них прирастает к тому месту, где его установили и активировали.
Оно висело над воротами, как слепой стражник — бронзовое, потускневшее от времени, с восемью триграммами по краям. Простые люди вешали беззубые копии подобных зеркал над дверьми, чтобы злые духи заблудились в собственных отражениях. Но это… это было другое. Истинное, с сильной и жестокой волей мастера иллюзий, который был готов защищать это место.
Я поднял голову и увидел себя в полированной поверхности. Нет, не себя — свою тень. Отражение повторяло мои движения, но с едва заметным опозданием. Рука поднялась на мгновение позже. Глаза моргнули, когда я уже открыл свои.
— Оно тебя видит, — прошептал мне внутренний голос.
Будь я шугендзей на ранге архата, я мог бы попробовать его подчинить, но в моем случае есть лишь два варианта. Первый — просто пройти, и будь что будет. Но я выбрал второй вариант.
Императорская библиотека хранила много знаний, и именно там я узнал, что эти зеркала не просто отражали свет. Они отражали намерения.
Я сжал кулаки. Отражение застыло, будто оценивая меня. Триграммы по краям зашевелились, едва уловимо изменив расположение.
— Покажи мне истину, — громко произнес я, подкрепляя свой приказ несколькими жестами из древних книг.
И зеркало ответило.
Мое отражение потемнело, стало водянистым. И вдруг — я увидел другого. Себя, но с глазами, полными черной воды. С губами, растянутыми в улыбке, которой я никогда не улыбался.
Оно шевельнулось. А я отпрянул назад, ведь в этом отражении был ответ на то, что творится в этом призрачном городе. Он был полон тех, кто отдал внутреннюю страсть и теперь жил лишь воспоминаниями. А значит, они захотят сделать меня таким же.
Я улыбнулся своей любимой жуткой улыбкой, от которой стыла кровь в жилах моих противников.
— Хотите мои страсти? Так возьмите. Но тогда не осуждайте меня за жестокость!
Стоило мне подойти к внутренним воротам, как тут же распахнулась небольшая дверь, и меня встретил десяток стражников в стандартной легионерской броне. Единственным отличием была полная личина, скрывающая их лица и оставляющая лишь узкие прорези глазниц. Внутри меня зрела уверенность, что под этими шлемами не было лиц — лишь вода.
Когда весь десяток начал двигаться, окружая меня, я понял, что мое чутье меня не подвело. Люди не могут так скользить, словно их ноги не касаются поверхности. Меня встречали духи воды.
— Имя? — спросил один из них с нашивками десятника. Его приглушенный голос окончательно убедил меня, что это не люди.
— Ву Ян, чемпион великого клана Воронов. — Я не видел смысла скрываться после того, как зеркало Багуа увидело мою суть.
— Цель прибытия? — все так же бездушно продолжил говорить старший из стражников. Вопрос был одновременно и очень простым, и очень сложным. С точки зрения всех канонов было бы правильно сказать, что я иду в храм Справедливого Судьи, но что-то внутри меня считало, что это неверный ответ. И я последовал этому незримому совету.
— Поиск себя. — Уверенно ответил я, сжимая найденный на берегу шест.
Стоило мне ответить, как звуки словно исчезли, поглощенные чем-то еще. Мгновение шло за мгновением, но наконец мне ответили:
— Следующий за потоком, тебя уже ждут. — О чем он говорит? Это существо только что назвало меня паломником потока — очень своеобразной секты монахов-воинов, что идут путем, понятным лишь им. Посмотрев на себя, я понял, что лохмотья, в которые превратилась моя одежда, исчезли, и теперь я был одет в нечто напоминающее японское кимоно.
— Хозяин глубин ждет тебя в пагоде Безмолвного штиля, чтобы отдать тебе то, что ты когда-то потерял. Тебе нужно лишь дойти до нее.
Повинуясь его жесту, открылись внутренние двери города, и передо мной открылся величественный Город-на-Воде. Даже зная, что это смертельно опасная ловушка, я не мог не застыть на мгновение в немом восхищении перед этим величественным обманом.
Город раскинулся передо мной, будто драгоценный веер, раскрытый на поверхности черного зеркала. Пагоды с изогнутыми крышами, словно когти дракона, впивались в низкое небо. Мосты из лакированного дерева перекинулись через величественные каналы, где плыли бумажные фонарики — сотни, тысячи огоньков, мерцающих синим, кроваво-красным, ядовито-зеленым. А вокруг всего этого росли прекрасные улицы.
Я шагнул в ворота, и словно кто-то снял с моих ушей беруши. Все вокруг заполнилось гомоном множества людей, живущих самой обычной жизнью.
Мраморные плиты под ногами звучали как-то странно. Создавалось ощущение, что я иду по плотной коже какого-то исполинского существа. В воздухе стояла какофония ароматов, будто я находился в центре торговых рядов: жареные каштаны, сандал, жасмин, морская соль, какие-то экзотические специи. Но стоило мне принюхаться, как иллюзия исчезла, и я ощущал лишь запах гниющих водорослей.
