Все дело здесь в том, что для описания мира иной реальности, в которую попадали мисты при мистериях, не было и нет понятийного аппарата. Новизна ощущений и образов не могла быть передана слушателю просто потому, что для этого не было слов! Запрет на разглашение мистерий был, по сути, запретом на разработку понятийного аппарата, ибо чудо должно оставаться чудом, быть изначально свежим для каждого человека, сколько бы их ни было. Иначе оно начнет осваиваться разумом и распадается! Язык мистерии не имеет перевода.
Вот в этом и состоит основная тайна мистерий. Мудрость оказалась как раз в том, что не все надо стремиться осваивать разумом, хотя он и хочет охватить все. Так, нельзя анализировать свою любовь и любимого человека — это ослабляет чувства и оказывается не на пользу. Ровно как не стоит копаться в том, что подано на обед.
4. Опишем некоторые мистерии древности, которые нам известны. Дополнительно к скудным историческим источникам, мы позволим себе некоторую степень реконструкции, которая имеет характер исторической возможности, как правило, близкой к какому-то одному из многих случаев исторически бывшей действительности.
Элевсинские мистерии происходили в течение девяти дней — до девятого сентября, на элевсинском поле, недалеко от Афин. Они происходили в честь Деметры — Матери Земли, и ее дочери Персефоны, ставшей богиней и хозяйкой Аида. Мистерии входили в официальный афинский культ, поэтому были хорошо разработаны, и несли смысл праздника урожая, справляемого, очевидно, всеми индоевропейцами.
На Руси это праздник урожая — праздник Рода и Рожаниц, всегда справлялся девятого сентября. Западные славяне в этот день чествовали Святовита большим пирогом.
В Афинах этот праздник являл пышное действо, происходящее и днем, и в ночи при свете факелов и огней скрытых источников.
По мифологии, некогда, в этом месте пребывала богиня Деметра со своей дочерью Персефоной. Персефона собирала цветы на лугу, но вдруг разверзлась земля, из нее выехал Аид на золотой колеснице и похитил Персефону в свое подземное царство. Деметра тяжело переносила эту утрату. Весь растительный мир, отражая состояние богини, пришел в состояние увядания, все живое начало гибнуть. Тогда Зевс, повелел Аиду вернуть Персефону Деметре. Аид вернул, но предварительно заставил ее вкусить гранатового зернышка, чтобы она не забывала его подземного мира. С той поры повелось, что Персефона пребывает две трети года с матерью, и тогда все живет на земле, а треть времени пребывает в Аиде, и тогда на (греческой) земле Природа увядает.
Этот миф и составлял театрализованную суть мистерии, которая начиналась с возгласа: "к морю, посвященные!" — так народ приглашался туда, где было подготовлено действо. Мистерия открывалась безмятежным бытием богинь на земле, которое сменялось явлением Аида. Царство Аида раскрывалось перед мистами со всеми его страстями и чудовищами. В этот мир попадала Персефона и, естественно, по началу не принимала его. Все это проходило среди мистов и как-то их задевало, сцены, надо думать, не было.
После мисты участвовали в страданиях Деметры и всего надземного мира — в это время они могли не получать еды и воды, и быть истязаемы, например, стонами и воплями нимф. Наконец, являлся огненный Зевс и возвращал Персефону. Земля снова цвела. Это отражалось в том, что организовывалась колоссальная трапеза, на которой присутствовали обе богини, а так же их многочисленная свита малых божеств и духов — нимф и сатиров. Все становились счастливы и веселы. Но, завершалась мистерия печально — Персефона чувствовала, что она должна вернуться обратно в Аид, и с нею прощались. Хотя, это расставание и было печально, оно несло в себе теперь и надежду на ее очередное возвращение.
Продолжалось это, как мы указывали, девять дней. Настрадаться, натерпеться, насытиться и насладиться за это время можно было вдосталь. Потому, греки и считали, что жизнь того, кто хоть раз пережил элевсинские мистерии, стала вдвое богаче.
Еще до мистерии посвящение в мисты как гостей, так и молодых афинян, происходило перед мистерией в большом по тем временам храме Элевсина, который не был посвящен конкретному божеству, был квадратной формы со скамьями по периметру. Там и принимался галлюциноген.
Выскажем здесь так же и догадку, что христианские посты берут свое начало от античных мистерий. Посты не содержатся в библейском тексте, и едва ли справлялись первыми христианами. Отметим еще, что христиане время этих мистерий перекрыли праздником рождения матери Христа, культ которой появился примерно с седьмого века, и был явной уступкой язычеству. До этого считалось, что Мария была никем — она зачала обычным образом от обычного человека, а дух божий сошел на Иисуса при крещении. С появлением культа Марии, она стала почитаться наравне с богами — Отцом и Сыном, и стала божеством, которое было противопоставлено Деметре. Факт этого, говорит за то, что атмосфера элевсинских празднеств сохранялась еще долго, после запрета мистерий.
