Его величество обласкал каждого особыми милостями, новыми дарами и обнадежил приятными обещаниями, прекрасными подарками.
Когда [хан] освободил [свои] благоухающие мысли от [забот, связанных с раздачей даров] войску, подобному небу, /
Из этой местности с мстительным, как Бахрам, войском, [в котором] был выстроен правый и левый фланг, в полном порядке он направился на несчастных врагов. От блеска счастья, от величия силы войска, нападающего, как Бахрам, звуки [стихов]: “Ведь сотрясение последнего часа — вещь великая”[489], взвились [вверх] и стали кружиться в опрокинутой чаше неба. От скопления такого огромного войска, нападающего, как лев, стали тесными просторы обширного мира, [о чем гласит стих]: “Разве не была земля Аллаха обширной”[490]. От множества копий, пик в руках копьеносцев ристалище в степи казалось лесом и зарослями камыша. От блеска сверкающих мечей все вокруг озарилось, [как] от множества метеоров.
Таким же образом, в полном оснащении и [во всем] величии, двинулись и остальные эмиры, столпы государства, храбрецы и воины. Если благословенное перо напишет [все] их имена, [это намного] удлинит [рассказ]. Все они одеты в сталь, напоминая жемчуг [в раковине], и имеют на поясе блестящие египетские мечи.
В тот день при демонстрации величия и власти, могущества и владычества, в особенности во время смотра победоносного войска, во время показа лат, режущего и колющего оружия создалось следующее впечатление. По сравнению со [всем] этим казалось ничтожным и сказкой все, что написано в книгах историками о заслугах благородных султанов и хаканов, обладавших двором, подобным [двору] Джамшида, со времени Кайумарса[491] — Адама до настоящего времени, [все, что] украшало страницы времени, уподобив их сверкающим жемчугам.
