МесневиХрабрецы отсекали друг другу головы,Кидали головы на головы. /168б/Войско сразу охватило волнение,Земля скрылась под кровью, небо [окуталось] пылью,В руках гордых мужей меч, поблескивающий чернотой,Сверкал, как ртуть в зеркале.Когда меч пролил дождь крови врагов,В руках всадников он превратился в перо.В тот день так много убитых, так много раненыхБыли истерзаны стрелами мести.Земля лишь поглощала кровь,Небо, вращаясь, лишь смотрело [на это].Свист стрелы [словно] рыдание, плач,Звук ее поражал сердца.Стрела из белого тополя похищала сердце из груди,Лук делал ей (т.е. стреле) намеки бровями.Славный и могущественный султан Дустим-султан также разгорячился и тронул боевого коня. Он поднял смертоносное копье и напал на врагов державы.
МесневиГордый султан, военачальник,У которого долгая жизнь, сильное счастье,С решимостью воевать вывел [коня], подобного урагану,Тронул [коня]-дива, [красивого], как пери.Храбрецы султанского войска начали посылать стрелы из лука. Быстролетающие птицы-стрелы, [вынутые] из гнезда-колчана, распростерли крылья, чтобы напасть на птицу души врагов. Славные мужи, быстрые, как кокетливый взгляд красавиц, выпускали стрелы из белого тополя, [напоминающие капли] росы или дождя, [падающие] с радужного рога горного козла. Наточив острие копий, блестящих, как алмаз, они наносили сотни ударов, [чтобы отнять] жизнь храбрецов.
МесневиС двух сторон полетели стрелы,Орел смерти решил взлететь,Тогда вдруг птицы-стрелыВылетели из гнезда-лука.Луки — цепи, тетива — рождающая смуту,Она грызет цепи, словно бешеная.Стрелы из белого тополя, [выпущенные] из луков, имеющих тетиву из цепей,Лишали кольчугу зрачков очей.От стрел на этом поле браниИскривились щиты.От ран, [нанесенных] стрелами, согнулись тела,Все приняли сходство с кольчугой, [были погружены] в пучину [крови].Наконец и они по воле судьбы повернули поводья, поневоле поспешно пошли в разные стороны. Рукн ад-даула Науруз-бий парваначи[225] взял за узду коня султана и с боями довел его до его величества [Абдулла-хана].
Словом, победоносное войско так растерялось, что сколько бы [хан] ни проявлял старания и усилия, пользы не было. Итак, правый фланг вражеского войска оттеснил левый фланг победоносного войска [Абдулла-хана] за центр. Вслед за войском были взнузданы вереницами верблюды и [другие] верховые животные и обращены вспять. Когда левый фланг войска [Абдулла-хана] взволновался таким образом, правый фланг получил разрешение сразу же идти в бой. [Воины] погнали пегих коней, подняв сверкающие мечи и [блестящие], как огонь, копья, решили вступить на поле битвы /169а/ и воевать с неприятелем, с врагами. К правому флангу победоносного войска перешли с левого фланга эмир Назар, Шахим-бий и Туманча бахадур. В составе [правого фланга] они пошли против лицемеров-[врагов]. Искусный устад, устад Рухи перед правым крылом поставил отряд стрелков из ружей. Непрерывно пуская каменные ядра, он быстро свалил многих врагов на поле битвы. Самаркандское войско также вступило в битву, обрушилось на отряд врагов — [воинов Абдулла-хана], стоявших перед ним. При луне они создали день Страшного суда. Йеменский меч поднял голову, чтобы проявить жестокость, он бросал головы на поле битвы, уподобив их катящимся мячам. Птица-стрела донесла до слуха знатных и простых людей весть о смерти. Тайный голос довел до слуха борцов за веру возглас: “И убивайте их”[226].
