Поесть, поумничать, и чтобы никто не беспокоил – вот рецепт счастья. Впрочем, если кто-то беспокоит с целью заказать домашку – ладно, это можно стерпеть. Но желающих, к сожалению, было немного – точнее, только двое подошли, чтобы уточнить расценки, но и те не бросились в объятья своего потенциального благодетеля, а ушли «подумать». Конец семестра, будь он неладен. Если у кого и остались «хвосты», то только по практическим отработкам – писанину сейчас уже почти не задают. Хьёлас вздохнул и пожал плечами – что ж, не всё вурдалаку полнолуние. И это переживём.
Лекция по стихиям не принесла в его жизнь почти ничего нового, кроме нескольких неточностей, которые он обнаружил в собственных давешних объяснениях. После пары, покаявшись наскоро перед Чимом, Хьёлас вернулся в свою комнату в общежитии и приступил к отработке техники отпугивания хищников. Довольно бесполезное, если подумать, умение – ну где тут взяться хищнику? Такое умение могло бы пригодиться какому-нибудь археологу, топографу или натуралисту, изучающему фауну в естественной среде обитания. Впрочем, Хьёлас покривил душой и сам это понимал: периодически, когда у него заканчиваются материалы для стекольной практики, он вынужден отправляться на свой участок в Мёртвом Городе, и вот там-то его и поджидают те самые «хищники» которым неоткуда взяться. Хьёлас старательно избегал встреч с ними, потому что прекрасно понимал, чем ему это грозит. Он никогда не заходил достаточно далеко, чтобы привлечь внимание тварей, а удовлетворялся мелкой щебёнкой на краю безопасной территории. Может, в этом проблема? Может, надо один раз рискнуть, чтобы столкнуться с опасностью и понять смысл этого заклинания?
Хьёлас нервно хохотнул: одного предположения было достаточно, чтобы структура заклинания замкнулась и примкнула к браслету. Что ж, получилось или нет – завтра скажет преподаватель. Пока что можно попробовать ещё раз.
После ужина Хьёлас, как и планировал, на полчаса забыл обо всех делах и сначала они с Чимом просто шатались по школе, а потом выбрались на балкон и стали перекрикиваться с девчонками из соседнего сектора, пока не пришли мастера и не разогнали всех по общежитиям. Затем пришло время для приёма корреспонденции. Это было одной из самых приятных обязанностей Хьёласа, потому что не требовалось ни спешки, ни личного общения с людьми. Был бы у него выбор, он бы со всем миром предпочёл общаться по переписке. В конце концов, всегда можно притвориться, что нунций не добрался и сообщение затерялось. Но это было бы совсем уж ребячество.
Оставшись наедине с собой и сменив школьную форму на более удобный костюм, Хьёлас приготовился к работе, подошёл к приёмнику, на котором терпеливо дожидались своей очереди нунции. Прикоснувшись к плетению, он произнёс формулу-пароль, и первый из ожидающих заговорил голосом мастера Нэвиктуса:
«Хьёлас, привет. Ещё раз извини, что мы не смогли прийти к тебе на ужин, надеюсь, Донова не слишком огорчилась. Алайша чувствует себя уже лучше, думаю, к завтрашнему утру уже окончательно восстановится, хотя целитель даёт на выздоровление ещё два дня – знатно её зацепило. Хьёлас, я хочу тебя попросить, чтобы ты выделил мне час времени в следующий выходной. Знаю, что ты предпочитаешь решать дела в первой половине дня, поэтому имей в виду, в следующий декадас я буду свободен с восьми до одиннадцати часов утра, а потом после трёх часов пополудни. Поэтому, пожалуйста, пришли мне нунция, как только определишься со временем. Успехов тебе».
Хьёлас сделал пометку в ежедневнике и принял следующего нунция. Он был маленьким и размытым, как будто отправлял неопытный ребёнок – неужели Виора решила не дожидаться вечера? Но нет, это был один из мальчишек с младших курсов, который побоялся подойти с заказом в трапезной. Хьёлас записал и его имя. Потом было напоминание от куратора о необходимости предоставить информацию о дальнейших планах на обучение – ну сколько можно, как сговорились все! Ещё пришло формальное приглашение на благотворительный вечер, вот только Хьёлас так и не понял, в качестве кого его приглашают – в качестве потенциального протеже или мецената? Но это, в общем, и не важно, не до того пока что. Жалоба на Виору – обычное дело. Заперла одноклассницу в туалете и наложила изолирующие чары. Что ж, на ковёр к ректору не вызывают – уже хорошо. Ещё одно приглашение – на официальный приём в Институте Лёгких Практик, посвящённый двести десятому юбилею со дня основания института. А вот сюда придётся пойти.
