- «По-моему», - ворчливо передразнил Чим. – Я тоже так думал. Но, чую, будет не так просто. По оценкам не вытяну точно, платить отец категорически отказался. Думал, на рекомендациях выплыву, но никто ещё не ответил, прикинь? Ни одной паршивой рекомендации, даже от мастера Глееса, ни от мастера Фалвеста! – под конец он почти кричал, при этом Хьёлас чётко видел, что друг изо всех сил старается держать себя в руках. О, да он в отчаянии! И как столько времени молчал?
- Ладно тебе, - попытался он утешить Чима. – Уверен, всё не так плохо. Если бы тебе хотели отказать в рекомендации – не молчали бы, а так и сказали. А раз нет ответа – значит, думают ещё, или нет времени составить документ.
- Что его составлять? – отмахнулся, как от глупости, Чим. – Вот ты сколько запросов отправил?
- Двадцать два. Сколько предметов сдавал – столько запросов отправил.
Чим посмотрел на него ошарашенно, как в первый раз в жизни увидел.
- Ого. – Сказал он и повторил: – Ого. – А потом пришёл в себя и спросил: - И сколько отказов получил?
«Ни одного», - подумал Хьёлас, но решил, что вслух этого лучше не говорить. Ещё шесть предметов он собирался сдавать в эту последнюю сессию в средней школе, восемь преподавателей написали ему превосходную рекомендацию, плюс был документ от самого мастера Нэвиктуса, который, хоть и был мастером другой школы, обладал соответствующими полномочиями. Но об этом в данной ситуации было бы разумно умолчать и не сыпать Чиму соль на рану: о чём он подумает, если узнает, что его собственный отец чужому ребёнку помогает больше, чем собственному?
- Вот именно, - горько сказал Чим, верно интерпретировав молчание Хьёласа. – Отказы пишут крайне редко, только когда отсутствие рекомендации стоит того, чтобы потратить время на объяснение причин. Я уже не знаю, что делать – это будет полный провал, если я не получу хотя бы одну рекомендацию… я уже даже учителю начальной школы запрос отправил – тогда я ещё не был таким… беспутным.
Несмотря на весь драматизм ситуации, Хьёлас не сдержал улыбку.
- Ты вовсе не беспутный, - сказал он. – Ты немножко рассеянный, это правда. Но они не могут отказать тебе в обучении. У тебя же сила – о-го-го! Да и мастер Нэвиктус наверняка подстрахует тебя в самом крайнем случае. Просто хочет проверить, на что ты способен без его помощи.
Чим невесело фыркнул:
- Ты как будто моего отца не знаешь. Сказал, что платить не будет, значит – не будет.
И это тоже было правдой. Такой постановке вопроса Хьёлас немного удивился: он не ожидал, что мастер Нэвиктус поставит сыну такой прямой ультиматум. Наверное, тоже устал от вечных жалоб преподавателей.
- Что ж, раз так – нечего время впустую тратить, - сказал он Чиму. – У тебя ещё половина семестра в запасе, чтобы исправить ситуацию. Ты, кажется, собирался практиковаться в дороге? Вот и хорошо. Заодно покажешь мне, как ты делаешь закрепляющую петлю щита, а то у меня с этой техникой проблемы – сам не знаю, как у меня структура держится, на чистом упрямстве, наверное.
Они практиковались почти всю дорогу, хотя Хьёласу приходилось следить за пространством, чтобы ни в кого не врезаться, а Чим просто не умел долго концентрироваться на чём-то одном и постоянно отвлекался.
- Ох, Великие, как ты вообще умудрился получить зачёт по теории полей, если не знаешь формулу Белата? – возмутился Хьёлас.
- А как тебе удалось получить зачёт по щитам, если даже закрепить не можешь, и он у тебя разваливается через минуту? – огрызнулся Чим. – Каждому своё. Ты – теоретик, я – практик. Ты знаешь, я умею. Вот только наши преподаватели почему-то считают, что знания важнее и души в тебе не чают…
- Дураки они потому что, - невесело отозвался Хьёлас, который не понаслышке знал, что академическая успеваемость никак не поможет заработать на обеспечение семьи. Уж точно не та часть науки, которую им преподавали в средней школе. – Давай, не отвлекайся, объясняю на пальцах: сила поля, создаваемого петлёй, зависит от двух внешних критериев и от двух внутренних…
В тот вечер Хьёлас окончательно усвоил пользу цветных летающих формул: почему-то Чим никак не мог их запомнить, пока они были написаны чернилами на бумаге, но зато мгновенно усваивал, стоило им засверкать всеми цветами радуги и описать вокруг его головы семь кругов почёта. Интересный феномен, надо будет подать идею преподавателям.
- Прилетели, - объявил Хьёлас чуть меньше, чем через час.
- Ну, наконец-то, - облегчённо выдохнул Чим. – Я уж думал, нам в этой твоей погремушке вечность придётся болтаться между небом и землёй.
Хьёлас не обратил внимания на ворчание друга. Безопасность была превыше всего, даже если ради этого следовало пожертвовать временем. Он осторожно опустил вэйпан на набережную, ровно на таком расстоянии до воды, чтобы брызги волн не заливали вэйпан.
- А поближе ты не мог подлететь? – продолжал ворчать Чим.
- Удивительно, как легко ты концентрируешься на своём недовольстве, - сказал Хьёлас. – Наверное, учёбу ты всё-таки любишь очень страстно, раз не можешь на ней сосредоточиться.
