Если предположить, что в этом смысле легенды окажутся правдой, Сердце Пустоты можно перенести, и это перемещение приведёт к ожидаемому результату – Мёртвый Город перестанет быть мёртвым, магия вернётся на очищенный участок. Вопрос: каковы будут последствия лично для меня? Этот вопрос Хьёлас записал на другой листок, потому что он был предназначен не столько Книге, сколько ему самому, потому что ответ явно лежал за пределами оставшегося срока действия пророчеств, и был не стихийным событием, а результатом чужих принятых решений.
С точки зрения выгоды сомнений быть не может: твёрдая почва, на которой будет действовать магия – это чуть ли не предел мечтаний любого здравомыслящего человека. Это независимость, могущество, перспективы! Страшно подумать, что можно сотворить на собственном участке – хоть просто камни выращивать для домов, хоть кайфар садить и называть своим именем. Всё это, конечно, сопряжено с определёнными политико-бюрократическими нюансами, но рядом с самим фактом обладания участком живой земли – это ерунда.
Другое дело, что как только станет известно о произошедших на участке Хьёласа изменениях, неизбежно возникнут вопросы о том, как это произошло. И он не захочет признаваться, что выбросил Сердце Пустоты на соседский участок – но куда же его девать? Согласно закону, любая вредоносная магия, появившаяся или исконно находившаяся на чьей-либо территории, является ответственностью владельца земли. Кроме того, возникнут вопросы, как ему удалось найти Сердце и не пострадать – если, конечно, удастся… но с этим нет никаких проблем: Хьёлас расскажет, как всё было, благо, сам он никаких законов нарушать не собирается. А что касается перемещения Сердца… надо рассмотреть вариант его размещения на краю собственного участка. И это снова поднимает вопрос о дальности его действия. Хьёлас подчеркнул соответствующий вопрос двойной линией.
Ладно, с целями и последствиями, допустим, определились. Поскольку весь план имеет смысл только при определённых ответах на поставленные ранее вопросы, отталкиваться стоит от оптимистичной версии. Предположим, это вполне реально и имеет смысл: отправиться вглубь развалин, взять Сердце, перенести его на самый дальний край участка и оставить там. Как быть с опасностями? По Мёртвому Городу шастают бронетальцы, радиоволки, миомоги и Великие знают что ещё. Хищный мох – это, пожалуй, самый безобидный представитель тамошней то ли флоры, то ли фауны. Репелленты, отцовские дубина и доспехи, в которых он сам в своё время пытался изучить Мёртвый Город… это всё, в какой-то степени, увеличивает шансы, но не гарантирует благополучного возвращения.
Единственная возможная гарантия в данном случае – двойник. И этот двойник останется, допустим, в школьной библиотеке… или на балконе одного из верхних уровней, чтобы не так болезненно было воссоединяться. Из того немногого, что Хьёлас вычитал накануне в библиотеке по данному вопросу, он знал, что если тот, в Мёртвом Городе, вдруг погибнет, тела устремятся друг к другу, и встретятся ровно посередине. А значит – над морем, между небом и землёй, и неясно, будет ли он в достаточно хорошей форме, чтобы удержать себя левитацией от падения. Значит, нужна дополнительная подстраховка: кто-нибудь, кто будет ждать в условленном месте… но ведь нельзя предсказать где именно это произойдёт. А значит, «середина» может колебаться в довольно-таки широком диапазоне. Впрочем, левитационный амулет решит эту проблему, по меньшей мере, частично.
«Но всё это имеет смысл, только если будет двойник, - подумал Хьёлас. - И вот, кстати, как это проконтролировать? В смысле – момент разделения? В прошлый раз всё произошло само, оба моих двойника действовали по-своему, без заранее оговоренного плана. Как я решу, что мне делать – оставаться в школе или лететь в Мёртвый Город? И буду ли это вообще я? И какая у меня будет гарантия того, что двойник будет действовать так, как я от него ожидаю?»
Вот он, тот самый вопрос: я или не я? Вспоминая вчерашний опыт, Хьёлас тщетно пытался найти различия между своими личностями, кроме одного принятого в определённый момент решения и желания следовать этому решению до конца. Он помнил оба варианта, как часть своей собственной жизни. Никто из тех двоих не был «главным» или «второстепенным». Они были на равных. Никто не был ни «раньше», ни «позже», они были одновременно. Не было никакого «я» и «не я», но ведь он тогда и не осознавал, что происходит. Он даже вообразить не мог, что где-то в другом месте есть другой Хьёлас, который считает себя единственным! Что будет, если он распланирует дела для обоих? Как они разберутся между собой, кому чем заниматься? И можно ли повторить этот эксперимент заранее, до перехода к решающему этапу? Чтобы дальнейшие размышления имели смысл, ответ должен быть однозначно «да».
