К ужину Сэндри и Трис были разбиты и спали на ходу. Браяр сосредоточился на еде, мысленно перебирая буквы, которым его научила Трис. Даджа не находила себе места, думая о спрятанном корабле, и что он мог означать; её клан терял людей и корабли из-за пиратов.
Ларк, Нико и Розторн, впервые после землетрясения собравшиеся вместе на ужин, обсуждали слух, который Розторн подцепила во время работы в храме Воды.
— Нико, у меня голова болит от этого заклинания, - пожаловалась Трис, когда взрослые замолчали. - Неужели мне необходимо постоянно видеть магию? Разве у тебя от этого голова не раскалывается?
Нико на секунду поймал и удержал её взгляд. У Трис задвоилось, а затем затроилось в глазах, когда её учитель засветился, а затем запылал.
— Ай! - воскликнула она, оторвав свой взгляд и прикрыв глаза рукой. ‑ Прекрати! Это ещё хуже, чем мерцание!
— Я вижу именно так, - объяснил он, поглаживая свои усы, что он часто делал, когда размышлял. - Ты неплохо адаптируешься к заклинанию. Оно уже не только на краю поля зрения, так ведь? Ты начинаешь видеть магию, когда смотришь на неё прямо.
— Ты меня чуть не ослепил, - проворчала она, протирая глаза кулаками.
— Если заклинание тебе не нравится, измени его. Попробуй изменить интенсивность того, что ты видишь. Приглуши свечение магии, - уголки его глаз прятали улыбку.
— Но я не знаю, что ты натворил с моими очками, - возразила она. - Мне нужно знать, что именно ты сделал, чтобы копаться в твоём заклинании.
— Прозондируй его магией. Тебе уже пора начинать учиться разбирать чужие заклинания на части — считай это обязательным упражнением.
— У тебя что-то мерцает в глазах? - спросила Даджа.
— На краю поля зрения, - сказал Браяр, в перерыве между ложками риса. ‑ Как приведение, только когда …
— Или
— Они что-то разнюхивают, - мрачно сказала Розторн, когда Даджа закончила. - Падальщики. Паразиты.
— По крайней мере, мы в безопасности, - ответила Ларк. - Лучше уж они поломают зубы о нас или о Саммерси — вторично — чем обрушатся на всё ещё окапывающуюся деревню.
— Герцог разослал патрули по всему побережью, - указала Сэндри. - Они прогонят любых пиратов.
Посвящённые, Сэндри и Трис начертили у себя на груди круг богов, чтобы отвести беду. Даджа поставила один кулак поверх другого, как если бы она взбиралась по верёвке, прося помощи у бога Торговцев. Браяр уже было собирался плюнуть на пол, чтобы отпугнуть пожирателей удачи, но поймал взгляд Розторн, и вместо этого прочистил горло.
Они уже собирались встать из-за стола, когда залаял Медвежонок. Кто-то постучал о дверной косяк, и щенок побежал облаять его. Розторн приложила ладонь козырьком к глазам, пытаясь разглядеть через открытую дверь лицо посетителя.
В свете уходящего дня он выглядел лишь тенью.
— Не Фростпайн — слишком низкий, - пробормотала она, и встала, чтобы встретить незнакомца. Браяр схватил чрезмерно увлёкшегося приветствиями Медвежонка.
— Простите … мне сказали, что я могу найти здесь мага Никларэна Голдая? ‑ вежливый голос принадлежал молодому человеку. Трис нахмурилась; он звучал знакомо.
— Ты нашёл его, - сказала Розторн, сопровождая вновь прибывшего в главную комнату.
— Не хочешь ли чего-нибудь попить? Мы как раз заканчивали ужинать.
— Спасибо, нет, - сказал он с полу-улыбкой. - Я поел в главной столовой.
По мере приближения посетителя они смогли увидеть, что он был симпатичным молодым человеком со свободными коричневыми волосами и живыми, улыбающимися глазами того же цвета. Его нос был длинным и изогнутым, а губы и подбородок — решительными. Он предпочитал тот же стиль одежды, что и Нико, однако Сэндри могла сказать, что он был более заинтересован в моде. Его красная рубашка была вышита белым вокруг шеи и вниз всей передней части; у его бледно-серой накидки были очень пышные рукава. Вышивка у Нико, когда она была, обычно была сделана тем же цветом, что и материал одежды, белые рукава его накидки доходили только до локтя, стиль, бывший популярным десять лет назад. Просторные брюки молодого человека были немного темнее накидки, и с лампасами. Он носил сапоги до икр с обшитым маленькими зеркальцами верхом, и золотую серьгу в одном из ушей.
— Мастер Голдай? - спросил он Нико. - Я из Лайтсбриджа. Адэлга́ни Смо́укуи́нд попросил меня доставить вам письмо, - он протянул Нико сложенный и запечатанный кусок пергамента. Браяр отпустил теперь уже несколько успокоившегося Медвежонка. Щенок уже было хотел подпрыгнуть, чтобы положить передние лапы посетителю на грудь, но тот вместо этого присел, и превратил пса в своего неподвижного друга, почесав ему спину.
— Смоукуинд? - спросил Нико, ломая печать на пергаменте. - Как он? Его всё ещё достаёт артрит?
Улыбка посетителя была по-детски открытая:
— Делает его раздражительным в сырую погоду, сэр. Он говорит своим студентам, что если ему больно, то и они пусть страдают вместе с ним.
Нико улыбнулся:
— Смоукуинд всегда умел передавать другим своё настроение.
