Его ладони и запястья блестели от благовонного масла из его бутылки. Она видела, как он готовил его несколько дней назад для использования на металлической арматуре храмовых ворот. Эта смесь масел розмарина, розовой герани и кипариса была пропитана защитными заклинаниями. В её разуме она давала магическое свечение, которое согревало её и придавало смелости.
Фростпайн прошёлся по цепи, которую она только что проверила, протирая намасленными руками каждое звено. Когда они достигли первого бревна, гребцы подвели их обратно к внутренней цепи. Когда они приблизились, та снова поднялась, и опустилась, когда они проплыли под ней. Как только она вернулась на место, Даджа осмотрела её своей магией, а следом за ней последовал Фростпайн. Когда с этой секцией было закончено, моряки обогнули первое бревно и подвели их обратно к внутренней цепи, где они снова повторили всю процедуру.
Они продвинулись на треть длины устья, когда кто-то ткнул её в плечо и указал пальцем.
Всё ещё погружённая в магию, Даджа глянула в сторону стоящей массы иллюзорного шторма. Перед ней на воде покачивались два странных ящика, один следовал по курсу прямо к их лодке, а второй, в тысяче футов от первого, направлялся массивной башне Начальника Порта. Они были деревянными и окрашены чёрным. Что-то в них очень беспокоило Даджу. Под краской просвечивали заклинательные символы. И ей не нравилось, что каждый раз, когда она пыталась приглядеться к тому, что был поближе, её взгляд соскальзывал с него как вода со стекла. Ощущение кажется было знакомым. Такое же, как вчера от
— Обломки с той стороны? - предположил рулевой.
— Плывёт против течения, - прошептал солдат. - И прямо на нас движется.
— Двигается к цепи, вот что ему надо, - едва слышно сказала сержант.
— Даджа, - пробормотал Фростпайн, - вдохни. Глубоко. Очень, очень глубоко. Ты — кузнечные мехи. Сдуй эту штуку подальше от нас.
Мехи?
Что ж, если Фростпайн сказал, что она может быть мехами, значит она будет. Эти ящики могли быть и безвредными, но она так не думала.
Она вообразила мехи в его кузнице. С ними было так легко обращаться, что даже ребёнок мог нагнетать достаточно воздуха, чтобы плавить железо. Она вдохнула. Её лёгкие были столь же мощными, и могли втянуть воздух и выпустить его с силой шквала. Её рёбра были металлическими прутьями. Вокруг неё был кузнечный жар. «Шире, шире, шире», - думала она, пока жар наполнял её вены. Её магия была внутри неё, магия кузницы. Она наполнила Даджу, пока она работала с цепью, со столь сильным влиянием Фростпайна у неё за спиной. Она наполнила её, и теперь Даджа будет работать с ней как с раскалённым золотом.
Даджа перегнулась через край лодки, не замечая, что гвардеец уцепился за её пояс, чтобы не дать ей вывалиться за борт. Ещё один маленький вдох — и выдох, медленный и сильный, посылающий в ящик поток воздуха. Тот пытался сопротивляться, жалкая безделушка, так же, как он пытался бороться с течением, чтобы продолжить следовать тем же курсом.
Её плечо схватила промасленная ладонь; Фростпайн передвинулся и оказался прямо сзади неё. Она забыла о себе, забыла об опасности, когда её нос наполнился резкими запахами розмарина, розовой герани и кипариса. Она наполнила свои лёгкие магией.
Снова перегнувшись, она резко сжала мускулы своей груди, выпуская магию.
Ящик сорвался со своего курса подобно сорванному ветром листу, пролетев по морю тысячу футов, и врезавшись в другой ящик. И тот и другой безумно завертелись в воде. Когда гвардеец и Фростпайн втащили её обратно, ящики ударились о закруглённое основание Башни Начальника Порта.
Они исчезли в огненном шаре. Невидимая рука вдавила их вниз вместе с водой. Что-то накрыло её глаза и уши. Громоподобный рокот пробрал её до костей. Если бы они были между цепями и брёвнами, их бы могло бросить на них и разбить. Даджа с силой выдохнула, оставаясь мехами достаточно долго, чтобы не дать им ни во что врезаться. Через навес их окатило ливнем осколков и воды, царапая и вымачивая их. Один из осколков раскроил её правую щёку.
Когда дым начал рассеиваться, она увидела, что какая-то сила оттяпала гигантский кусок от основания Башни Начальника Порта.
В её разуме Трис, Сэндри и Браяр неожиданно проснулись и зашумели. «Что? Даджа, где?»
«Не сейчас!» - огрызнулась она. Снаружи гавани иллюзорный шторм задрожал. По его тёмным краям пробежал свет.
— Мне надо работать через тебя, - поспешно сказал Дадже Фростпайн. - Ты позволишь? Не думаю, что нам стоит задерживаться здесь.
Штормовые тучи таяли. Даджа кивнула своему учителю:
— Делай что нужно.
Маслянистые руки обхватили её ладони. Через её кости пробежал белый огонь, заставив её запрокинуть голову. Магия горела вокруг учителя и ученицы всё расширяющейся дугой, пока не достигла обеих цепей. Магия пронеслась по ним подобно молнии, заставив их засиять. К тому времени Дадже хотелось кричать; она знала, что Фростпайну тоже хотелось, но у них свело горло.
Кто-то вылил на них флягу с водой.
Судорожно вдохнув, учитель и ученица отпустили друг друга.
