Немного пристрелявшись, Велайд стал посылать заклинания более точно. Поэтому он решился применить магию против алавийки, которая уже начала оправляться после пропущенного удара по затылку. Энергетическое воплощение «Пули» пробило иноземную захватчицу навылет. Легко, словно мягкую глину. Но на выходе зацепило ногу озарённого. Ту самую, которая пострадала в схватке с кардиналом альвэ. Ох, Абиссалия! Как будто эта конечность теперь притягивает к себе несчастья!
Не замечая боли, но ощущая, как слабость разливается по внешней стороне бедра, нор Адамастро оттолкнул от себя темноликую. Ту сейчас больше заботила свистящая и булькающая рана в её груди, потому алавийка практически не цеплялась за беглеца. Она отлетела на полтора шага, да так и скорчилась на земле, истекая кровью.
Наконец-то Велайд смог подняться на ноги и встретить опасно приблизившихся к нему молдегаров чередой плетений. Огненные пузыри разверзлись по всему двору, превращая ночь в яркий день. И сквозь это пекло не рискнули прорываться даже лишённые страха смерти элитные пехотинцы Капитулата. А неплохо всё идет! Если не сбавлять темпа, то пробиться до выхода не составит труда! Главное, убраться раньше, чем вражеские милитарии нагрянут сюда.
Парень вошел во вкус, но тут вдруг небо с землёй несколько раз поменялись местами. Отзвук тяжелого удара, звон в ушах, чёрная пелена застилающая взор. И Велайд осознаёт себя лежащим на утоптанной почве. Со стоном перевернувшись, озарённый уставился помутневшим взглядом на возвышающегося над ним Инриана с зажатым в кулаке самзиром. Ох, боги и их первые апостолы, как можно было забыть об этом подлеце⁈
— Прокля́тая семейка Адамастро, — зло сплюнул гран Иземдор осколки зубов с кровью. — От вас всех только одни проблемы!
Велайд беспомощно извивался на земле, тщетно пытаясь поставить себя на ноги. Но мир кружился и сбивал его обратно. А самое печальное — озарённый потерял фибулу с самоцветом. Сколько бы он не шарил ладонями вокруг себя, а наткнуться на неё не удавалось. В конце концов, головокружение сделалось таким сильным, что затянуло в себя сознание парня. Нор Адамастро обмяк, царапая ногтями утоптанную до твердости камня землю. И последней мыслью, которая воспалённой раной зияла в его разуме, была: «Велайд, ты очень крепко влип…»
Невзирая на все потуги алавийцев, деятельность моего братства в Клесдене развивалась весьма продуктивно. Днем часть Безликих бродила по городу, собирая слухи и информацию. А ночью мы выходили охотиться на патрули альвэ. И пока в этой необъявленной войне лидерство оставалось на нашей стороне. Темноликие всё никак не решались отправлять своих милитариев на ночные улицы. Ведь там они станут лёгкой мишенью для нас. А без магической поддержки молдегары были не опасней бешеных псов. Цапнуть, конечно, могут, но только если подпустишь их слишком близко. Потому каждый рассвет заставал меж домов десятки их переломанных тел.
Недавно мне удалось выудить обрывки слухов о том, что Эрмин и Орвандел покинули Клесден сразу, как только появились первые беженцы. Это было весьма благоразумно с их стороны. А вот о своём братце я ничего так и не накопал. Велайд словно провалился сквозь землю. Ни на одной скорбной площади не отыскалось его следов. И я уже подумывал о самых радикальных способах поиска, вплоть до проникновения в захваченные цитадели…
Но тут вдруг почти перед очередным рассветом вернулась Насшафа. Да не с пустыми руками. Она принесла красивый надушенный конверт из плотной дорогостоящей бумаги.
— Откуда это? — смерил я взглядом бежевый прямоугольник.
— Наткнулас-сь на пепелищ-ще твоего поместья, Риз, — протянула она мне находку. — Кто-то подбросил пис-сьмо прошлым днём. Потому что вчера ночью его соверш-шенно точно не было.
Я взял конверт, и аромат благовоний значительно усилился. Приятный запах. За такой аристократам приходится выкладывать полновесное золото. Но самое главное, где-то я уже его встречал. Да вот только где?
— Смердит, прямо как та девиц-ца с серыми глаз-зами, которая постоянно обмахиваетс-ся этой своей нелепой перьевой ш-штуковиной! — брезгливо сморщилась Насшафа.
— Ты про Вайолу гран Иземдор? — догадался я больше по тону альбиноски, нежели по содержанию её реплики.
— Да, — недобро сверкнула глазами абиссалийка.
Пожав плечами, я решил, что не найду ответов, не заглянув внутрь. И едва только я развернул лист, как версия Насшафы подтвердилась. Это точно был почерк миларии Вайолы.
