Меня, признаться, уже утомила эта девчонка, а так же все связанные с ней неурядицы. Я изначально не хотел принимать опеку над сироткой, раз уж на то пошло.
— С вашего позволения, экселенс, я возьму её с собой в Арнфальд, — поклонилась озарённая.
— Пф… делай что хочешь, только чтоб она мне больше не попадалась на глаза, — фыркнул я.
— Конечно, мой господин! Как прикажете!
Явно обрадовавшись моему решению, девица умчалась. А я перевёл взор на родственников.
— Ну? А вы с чем пожаловали? — поинтересовался я.
— Вообще-то, Риз, ты сам просил меня зайти, — отозвался брат, не очень-то радующийся тому факту, что ему пришлось просыпаться до заката солнца.
— Ах, точно! — стукнул я себя по лбу. — Велайд, нужно перевезти все мои вещи в Арнфальд. Ты же сохранил их?
— Конечно! И твои музыкальные коробочки, и записи, и остальные причудливые устройства.
— Вот и отлично. Это всё мне очень-очень нужно. Можешь отправляться хоть сейчас.
— Я понял, брат, — скорчил кислую мину парень.
— Насшафу тоже возьми с собой, ей не помешает развеяться и посмотреть на мир, — добавил я.
— Спаси… кха! То есть, как скажешь, — отчётливо повеселел Велайд, но в присутствии матушки побоялся это демонстрировать.
Он покинул помещение, стыдливо опустив голову, чтобы Илисия не могла увидеть лёгкой улыбки, играющей на его устах.
— Ну а вы, милария, какими судьбами?
— Ты меня прям изумляешь, Ризант, — состроила вдова такую надменную мину, что я невольно вспомнил времена, когда мы с ней были на ножах.
— Да я вообще весь из себя удивительный, — ворчливо пробурчал я, не имея никакого желания играть в эти игры а-ля «Догадайся сам, чего мне надо». — Спасибо, что заглянули проведать, милария Илисия, но я, с вашего позволения, вернусь к делам.
— Вообще-то я хотела поинтересоваться твоими планами на конец четвёртой луны, — снизошла до пояснения мачеха.
— Ну, к тому сроку я надеюсь вернуться в Арнфальд. Там скопилось слишком много вопросов, требующих моего участия…
В моём разуме сразу бегущей строкой замельтешили пункты будущей повестки. Нужно ехать на север, чтобы налаживать отношения с тамошними князьями. Восстановить продовольственное соглашение с Медесом. Решить организационные вопросы моего братства, привести достойных претендентов к присяге на крови. Затем всё-таки надо будет отправляться на запад. Совершенно очевидно, что с текущими силами объединению людских государств не удастся захватить порт Элдрим. Да что там, они даже Персты Элдрима не могут преодолеть. Насколько я слышал, этот бастион считается неприступным. И об него наши армии не раз и не два ломали зубы. Но прежде, чем наступать туда, мне предстоит хорошенько изучить экономическую обстановку западных земель. Потому что никакие геройство и удаль не перевесят незыблемые законы войны. Всегда побеждает тот, кто лучше вооружен, качественней одет и сытнее накормлен. Тот, чья мошна потянет больше солдат. И как бы мне не хотелось обратного, а алавийские прибрежные колонии при поддержке Капитулата превосходят нас по всем этим пунктам. Поэтому придётся сперва приложить тонны дипломатических усилий, чтобы сделать из разрозненных княжеств нерушимый монолитный кулак. А ещё…
— Ризант? Ризант! Где ты витаешь? Ты что, совсем не слушаешь⁈ — выдернул меня из размышлений возмущенный возглас Илисии.
— Какие глупости, дорогая милария! Я просто тщательно обдумывал каждое ваше слово, и пришел к выводу, что вы во всём правы! — попытался я сделать вид, будто не выпадал из диалога.
— Да что вы, экселенс? Как же радостно слышать, что вы наконец осознали важность и этой стороны жизни дворянина, — обманчиво любезно проворковала мачеха.
— Э-э-э… ну да, конечно же… я всегда понимал, просто из-за нехватки времени у меня не получалось…
— Выходит, мы договорились? — многозначительно вскинула бровь Илисия.
— О чём именно? — сдался я и перестал изображать, будто понимаю контекст беседы.
— О твоём празднике, Риз, — осуждающе покачала головой женщина. — Через три луны тебе исполняется двадцать четыре года. Подготовку нужно начинать уже сейчас.
— Двадцать четыре? — глупо переспросил я.
И правда… целых пять лет я уже прожил под новыми звёздами. С одной стороны, они пролетели, как один день. А с другой, растянулись в вечность. Сколько всего я успел за этот срок совершить. Сколько всего обрёл и потерял. Как же сильно изменили меня минувшие годы. Перекроили и перековали характер, систему ценностей и даже образ мышления. Что осталось от истинного Александра Горюнова? Пожалуй, только память…
— И снова ты меня не слушаешь, — оскорблённо поджала губы Илисия.
— Нет, милария, на сей раз я здесь, — хмуро отреагировал я. — Просто… а, неважно. Могу я просить вас взять на себя хлопоты по организации торжества? Со своей стороны обещаю сделать всё, что скажете.
— Хорошо, Ризант, — степенно кивнула мачеха. — Я займусь этим. Но только с условием.
— Я внимательно слушаю.
