Книга ведьм полностью

К концу XVIII века тема отказа от безоглядной веры в колдовство стала символом прогресса. Казалось, что темные суеверия остались лишь в фольклоре и в страшных рассказах необразованных людей. Но действительность, как всегда, оказалась сложнее. Ниже приводится история из памфлета антифедералистов[439], призванная наглядно подчеркнуть необходимость законодательного обеспечения свободы совести в Билле о правах, обсуждавшемся в Филадельфии на Конституционном Конвенте в 1787 году[440]. Из текста следует, что вера в ведьм и чародеев в конце XVIII века была очень живуча и вполне способна была повлиять на умонастроение толпы. Она не превратилась в забытое примечание в учебнике истории, внушала страх и привела к кровавой расправе над женщиной, подозреваемой в колдовстве[441].

Уважаемый господин издатель! Чтобы по-настоящему проникнуться необходимостью принятия билля о правах при составлении новой конституции, следует более пристально взглянуть на некоторые свободы, которые люди безусловно должны сохранить за собой, отдавая обществу часть своих естественных прав на благо этого самого общества.

Во-первых, крайне важно, чтобы у человека оставалось нечто, от чего ему отказываться нельзя ни при каких обстоятельствах, что не могут отобрать у него власти и что в то же время не является ни его преимуществом, ни привилегией. Я говорю о свободе совести! Предвосхищаю готовые возражения, ибо многие уверены, что в наш век Просвещения свобода совести идеально защищена как таковая, и никто сегодня не тщится покуситься на нее. Соглашусь с вышесказанным, однако позволю себе напомнить, что мудрые и предусмотрительные являются таковыми потому, что заранее стараются защитить себя от опасности, пока это в их силах и не сопряжено с неудобствами или рисками. Кто ответит за внезапные колебания общественного мнения, кто может сказать, каким безумствам захочет предаваться следующее поколение? Еще год назад казалось немыслимым, чтобы в таком городе, как Филадельфия, кто-то мог бы лишиться жизни всего лишь из-за подозрений в колдовстве. А сегодня перед нами встает тень несчастной старухи по имени Корбмейкер, которую били, резали ножом, изуродовали до неузнаваемости и в конце концов убили прямо на наших улицах, слепо исполняя заповедь «Ворожеи не оставляй в живых»[442]. Никто так и не понес наказания за это преступление, ни один человек не был назван зачинщиком злого дела – вот пример того, как мало можем мы полагаться на мудрость человеческой природы и неограниченную свободу действий.

Молл Питчер родилась в Марблхеде – городке к востоку от Салема, но большую часть жизни провела в Линне, что расположился к югу от Салема на берегу Массачусетского залива. Ее история иллюстрирует превращение ведьмы в сознании североамериканцев из зловещей фигуры, вызывающей страх, в фольклорный символ. Она зарабатывала на жизнь гаданием и предсказывала будущее, а имя ее обессмертил местный поэт Джон Гринлиф Уиттьер[443]. К ней приходили и ученые мужи, и простой люд, чтобы спросить совета в делах денежных или любовных, но при этом «коньком» этой необычной личности было предсказание исхода морских путешествий. Впрочем, несмотря на популярность, Молл Питчер, судя по описанию Уиттьера, выглядела не слишком привлекательно: «седая жалкая старуха пугала всех, как ведьме должно, и нос имела крючковатый, как ее сестры в ремесле».