Вот и треснуло небо с холодной водой —Хоть прожить, а хоть выжить осталось – изволь жеДо последнего края с каймой золотой,До прощаний, а может быть, дальше и больше…Что за прихоть печальная дышит во всём,От которой бежать наугад и на ощупьХоть водой дождевою и хоть в чернозём,Чтоб вернуться травою сквозь мёрзлую толщу?Дни торопят послушную гибель свою.Проходя по траве, ты оступишься странно. —Это я, это я, это я восстаю.Это жизнью земля кровоточит, как рана.<p>Мы, брошенные дети января…</p>Мы, брошенные дети января,Мы, стылые упрямые ладони,В дороге от смолы до янтаряМы тем сильнее будем, чем бездомней.Потеряны для нежной теплоты,Казалось бы, мы так неуязвимы!Но от проросшей в сердце мерзлотыМы сами превратились в эти зимы.Подошвами проламывая наст,Прохожие, о нас ли вы молчите?Простите нас, и растопите нас,И губы пересохшие смочите…<p>Что за блажь такая…</p>Что за блажь такая — ворваться в грудьИ спалить – отчаянье не остудит.Прогори, коль хочешь, а кто-нибудьПо остаткам пепла тебя рассудит.И осудит на сто веков подрядПолыхать и маяться где попало.Неспроста так больно глаза горят,Будто в них по острой звезде упало —И открылось зренье. А мне-то как?Это не любовь, если воздух выжат.Что за блажь такая – развеять мрак,Если только в нём и возможно выжить?<p>Я плакала у ветра в рукаве…</p>Я плакала у ветра в рукаве.До ливня, до колодезного эха.А ветер мёл руками по травеИ смерть росла до краешка, до верха:Переходя черту, где гаснет свет.Я в мокром платье, сопли утираю,Расту, роняю чашку, умираю,Во дворике забыв велосипед…Нам никогда не выйти из дождя,Он льёт из нас – от всхлипа до рыданья.Как затянулось детское гаданье,Где жизнь и смерть сошлись полушутя!Замри, замри, монетка, на летуНад хлипкой решкой и орлом суконным,Покуда мир темнеет, как икона,И лица западают в темноту…<p>Может быть, здесь, в этой осенней улице…</p>Может быть, здесь, в этой осенней улице,Там, где дождями след мой исполосован,Где от сырого ветра – бежать и жмуриться,Я одинока так, что не сыщешь слова.Дело не в том, с кем мне сегодня сиживатьВ кухне за чаем, за разговором вычурным.Дело в том, кем я любима или жеКем не любима (и – позабыть, и вычеркнуть).Пусть это чувство – повод к любви и повести,Равновеликость с собой – как прогулка по небу.Жить – на ветру, с риском опустошённости,И не болеть жадностью – чтобы поняли.<p>Это не боль, это лица мелькают – «здравствуй»…</p>
