Мы прожили с моим новым племенем несколько лет, все эти годы прошли очень мирно, всё племя слушалось меня как старшего отца, и очень уважало. Я спал со многими женщинами, и они не были против, у меня родилось два десятка детей, ещё дети рождались от других молодых парней. Мои дети унаследовали часть моих генов, я впервые дал многочисленное потомство. Численность племени сильно выросла, но у нас было слишком много маленьких детей. Всего взрослых сейчас спустя три года было 27 вместе со мной, а вот маленьких детей около тридцати, и все они требовали большого количества заботы. Женщины постоянно носились с детьми и не думали о проблемах, племя любило меня, и я начал спать в племени, вместе со всеми, не опасаясь, что мне ночью перережут глотку. Но, правда, у меня было две маленьких хитрости. Первая хитрость заключалась в том, что я спал в маленькой комнатке, специально вырытой мной же в конце пещеры, и это была особенная отдельная комнатка вождя. Рядом со мной никто не спал, а комнатку я на ночь закрывал ветками дверью, что изолировала меня от остального племени, а спал я одетым и с оружием в руках. Я не опасался, что они перережут мне ночью во сне глотку, но не хотел давать им такую возможность, и спал крайне чутко. Каждый раз, когда кто-то хотел пролезть ко мне, я мигом просыпался. Этот особо чуткий сон пройдёт со мной сквозь века и ещё много раз спасёт мне жизнь.
Я не просто жил с ними, все эти годы я учил их ремеслу. Я учил племя шить себе одежду, делать примитивные сапоги, чтобы было не больно ходить по острым веткам в лесу и особенно бегать. Хотя конечно, делать сапоги научились немногие и криво, потому что это сложно. Однако, просто сшить себе накидку мог каждый. Также я научил их делать глиняную и деревянную посуду, различное оружие. Теперь все дети племени умели охотиться на зверя силками и ловушками, мы делали крупные ловушки на крупного зверя. Умели долго по нескольку дней хранить чистую воду, лечить раны от загноения, что очень важно в нашей жизни. Я выкорчевал лес с одной стороны поляны, хотя это было нелегко, но мы освободили часть земли от деревьев, в том числе разводя под деревьями костры, так чтобы ствол прогорел, причём костёр надо было разводить по нескольку раз, после этого удавалось освободить землю. И там мы выращивали несколько видов нужных нам съедобных растений, в том числе корешки и колоски зерновых.
Да, я нашёл замечательное растение, оно представляло из себя своеобразный сорняк с листьями и колосьями. И он сильно отличался от современной пшеницы. Его колоски и зёрна были меньше, а ненужная нам растительная масса больше. И он плодоносил много раз, в несколько небольших колосков сразу, в отличие от односезонного современного зерна. Это растение обычно росло в степи, и одного кустика хватало на несколько лет. Я научился выращивать куст на нашей земле, у него в колосьях были достаточно вкусные зёрна. Сразу в пищу они не годились, точнее, они были съедобными, но не очень, только если совсем припрёт. Мы их жарили на огне и прямо так ели. Это был праобраз современных зерновых, хлеб мы, конечно, готовить не умели. Но зато жареные зёрна могли храниться в глиняной посуде по нескольку месяцев и не портиться. Свежие зёрна, если их высушить могли храниться ещё дольше, только мы не всегда умели держать зёрна в сухости и нормально сушить, поэтому чаще жарили или пекли в золе.
Мы много времени уделяли работе с кожей, шкурами и шитью одежды. Правда, все наши орудия труда оставались каменными и костяными, но я оцениваю их как весьма искусные поделки. Некоторые члены племени впервые, используя мои навыки и инструменты, стали делать фигурки из кости и камня. Причём это было не моё изобретение. Они делали их просто так, для красоты, я тоже этим немного увлёкся, но я был постоянно занят, у меня было много работы, я должен был делать много бытовых повседневных дел, чтобы племя жило хорошо.
Я впервые в истории озаботился и санитарией, то, что нельзя ссать и срать прямо в пещере это и так все понимали до меня, и даже на поляне ссать и срать не позволялось никому и никогда, потому что потом будет вонять или надо убирать. Но вот в лесу рядом со стойбищем кучек говна было предостаточно и мне это совсем не нравилось. К тому же, численность населения моей семьи быстро росла, и это создавало дополнительные проблемы. Да и потом, что значит ссать и срать за оградой? А если ночью приспичит, а если дикий зверь? Крупных хищников в лесу предостаточно. В связи с чем, я впервые в истории решил вопрос радикально, мы выкопали первую туалетную яму большой глубины в углу посёлка, но внутри ограды, и там я положил брёвна поперёк ямы, так чтобы на них можно было сесть, и между ними остались щели для этих дел. И все ходили в это отхожее место, когда нужда.
