– Зато вы прекрасно знали, что Дурное Семя – первостатейный безумец. Сынок ваш как-никак. – Крис прищурился. – По его словам, вы оба страдаете бешенством крови. Стало быть, вы оба представляете опасность для Дианы.
– Да, я знал о его умственной нестабильности. И не надо кличек. У него есть имя. Бенжамен, на случай если вы запамятовали.
– Какая, к черту, нестабильность?! Он ярко выраженный психопат. Он пытается создать господствующую расу ведьмовампиров. И вообще, почему Дур… Бенжамен не содержится в психушке? Тогда бы он не смог похищать, насиловать и пополнять число безумцев от науки вроде Симса, Фершуэра, Менгеле и Стэнли.
– Идемте на кухню, – сказала я, торопясь выпроводить их обоих на лестницу.
– После тебя, – ответил Мэтью, погладив меня по спине.
Обрадованная его быстрым согласием, я начала спускаться.
Сверху донесся глухой стук и сдавленное ругательство.
Я увидела Криса пригвожденным к двери. Рука Мэтью держала его за горло.
– Гнусные словечки, что за последние сутки вылетали из вашего рта, привели меня к неутешительному выводу. Вы считаете Диану кем-то вроде своих дружков.
Я бы вмешалась, если бы не предостерегающий взгляд Мэтью. Это был мужской разговор.
– Однако должен вам напомнить: она – моя жена. Я буду очень признателен, если в ее присутствии вы сведете вульгарность вашего лексикона к минимуму. Я понятно выразился?
– С предельной ясностью, – буркнул Крис, не скрывая своей ненависти.
– Рад слышать.
Мэтью мигом очутился рядом со мной. Его рука вновь легла мне на спину, туда, где появился туманный силуэт моей огнедышащей драконихи.
– Осторожнее на ступеньках, mon coeur, – прошептал он.
Спустившись, я оглянулась на Криса. Он изучал Мэтью, словно новую и странную форму жизни. Этот поединок вверг меня в уныние. В первых сражениях Мэтью, возможно, и победил, но война между моим лучшим другом и моим мужем была далека от окончания.
Когда Сара пришла на кухню, от ее волос пахло табаком и хмелем, который мы посадили вокруг крыльца. Сигаретный дым был одним из немногих запахов, вызывавших у меня тошноту даже на нынешней стадии беременности. Помахав рукой перед носом, я взялась за приготовление кофе. Запах сменился на куда более приятный, но я налила дымящийся напиток лишь Саре, Крису и Фернандо. Мы с Мэтью ограничились обычной водой. Первым молчание нарушил Крис:
– Насколько я понял, вы и доктор Шепард несколько десятков лет изучаете генетику вампиров, пытаясь проникнуть в тайну бешенства крови.
– Мэтью был знаком с Дарвином. Происхождением видов и эволюцией он занимается не несколько десятков лет, а намного дольше.
Я не собиралась сообщать Крису какие-либо подробности, но мне не хотелось, чтобы он, как и я когда-то, обманывался внешностью Мэтью.
– Да, мы работаем в этом направлении. И с нами вместе работает мой сын.
Мэтью выразительно на меня посмотрел, прося воздержаться от дальнейших пояснений.
– Это я видел собственными глазами. – У Криса дернулась щека. – О подобных вещах хочется умолчать.
– Не Бенжамен. Другой мой сын, Маркус Уитмор.
– Маркус Уитмор? – удивленно повторил Крис. – Смотрю, у вас все тылы прикрыты. Вы занимаетесь эволюционной биологией и неврологией. Мириам Шепард – эксперт в области популяционной генетики, а Маркус Уитмор известен в научном мире своими исследованиями по функциональной морфологии и попытками развенчать представления о модификационной изменчивости. Знаете, Клермон, вы собрали вокруг себя чертовски продуктивную исследовательскую команду.
– Да. Посчастливилось, – скромно ответил Мэтью.
– Постойте-ка! – Крис посмотрел на него так, словно понял еще что-то. – Эволюционная биология. Эволюционная физиология. Популяционная генетика. Получается, изучение механизмов передачи бешенства крови не единственное направление ваших исследований. Вы пытаетесь составить схему эволюционного происхождения, то есть вы работаете над Древом Жизни, и не только над его человеческими ветвями.
– Может, дерево в нашем камине и есть Древо Жизни? – спросила Сара.
– Я так не думаю, – успокоил мою тетку Мэтью.
– Эволюция, черт побери! – Крис уперся в пол, и его стул со скрипом отъехал от кухонного острова. – Неужели вы обнаружили общего предка людей и таких ребят, как вы?
– Если под «такими ребятами, как мы» вы подразумеваете демонов, вампиров и ведьм, увы, нет.
– Ладно. Тогда в чем же заключаются коренные генетические различия между нами и вами?
– У вампиров и ведьм есть дополнительная пара хромосом, – пояснил Мэтью. – У демонов одна дополнительная хромосома.
– У вас есть генетическая карта хромосом этих… созданий?
– Да, – ответил Мэтью.
– В таком случае ваша команда, чтобы идти наравне с… исследованиями людей, начала заниматься этим проектом еще до тысяча девятьсот девяностого года.
– Совершенно верно. И если вам интересно знать, наследованием бешенства крови я занимаюсь с тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года.
