С Арфистами у нее были давние хорошие отношения. Только к ним девушка испытывала благодарность. Они очень много сделали для победы над культом Тиамат и были хорошими союзниками. Тифлингесса была обязана жизнью Арфисту, вытащившему ее из тюрьмы накануне решающего сражения. Трудно было сказать, чья же правда в этой ситуации. Агенты видели в Эридане небезосновательную угрозу. Он — слуга злой богини, лидер большого опасного войска, да и война эта способна прокатиться по нескольким планам и нарушить хрупкое соотношение сил. С другой стороны, Эридан отплатил за жизни своих гвардейцев и покушение на себя. Арфисты играли и проиграли, не успели вовремя убраться, и были съедены. Конец истории. На вселенское зло и добро Кьяре было плевать.
Глубокой ночью они, наконец, закончили осмотр всех войск. Тифлингесса направилась в шатер Эридана с докладом и с удивлением обнаружила, что собрание еще не закончилось. Гул голосов смолк, когда эльф сделал жест рукой. Пошатываясь от усталости, чародейка доложила, что войска были проверены, и заражение шипами не было обнаружено. Паладин удостоил ее коротким кивком:
— Хорошо. Ты свободна, можешь отдыхать.
Кьяра прошмыгнула за ширму, к своей кровати. Она так устала, что даже голод не мог помешать ей уснуть. Гул голосов в основном зале звучал усыпляюще.
Снилось ей что-то тревожное. Словно она вновь маленький ребенок, беспомощный и запуганный, пыталась спастись, спрятаться, но неумолимая злая сила все равно находила ее. Когда бежать стало некуда, когда ощущение страха стало удушающим, она почувствовала ласковые, заботливые объятия. Спасение, подумала она, и забылась в ощущении тепла и покоя.
Кьяра проснулась с ощущением тепла и покоя, все еще под впечатлением от необычного сна. Она понимала, что навеян он был Негой. Девушка прикрыла лицо ладонью, потерла глаза. Вчера произошло так много событий, что некогда было предаваться размышлениям на тему случившегося под воздействием вина иллюзий. Сейчас, после хорошего отдыха, в тепле и безопасности, в голову вновь полезли глупые мысли. Они обнажились друг перед другом, и теперь Кьяра чувствовала неловкость. Ее влечение оказалось взаимным, правда, это нисколько не упрощало дело, наоборот, появилось больше вопросов. Тифлингесса никак не могла соотнести сексуальное желание с добрым поведением эльфа. Он хочет ее, и поэтому ведет себя мягче? Кьяра отмела эту мысль. Почему не проявляет своего влечения? Эридан — далеко не робкий юноша, давно бы уже дал знать о своих намерениях. Непонятно, что могло бы остановить его. Все его любовницы как на подбор точеные эльфийки с гладкой кожей и длинными волосами, а она — бродячая драная, кошка, хотя и не лишенная особой привлекательности. Однако чародейка больше склонялась к мысли, что это было лишь короткое, сиюминутное желание, продиктованное любопытством. Мужчины часто реагировали на нее подобным образом, интерес их вспыхивал и гас с внезапностью порыва ветра. С пресыщенными лордами она встречалась и раньше. Эридан не исключение.
Кьяру же от попытки соблазнить эльфа останавливали недоверие и профессионализм. Защищать подопечного — это приказ Королевы, но кто знает, каким будет ее следующее распоряжение. Вдруг ей придется убить его. Не хотелось все усложнять, и без того задание нелегкое. Главное выкинуть из головы глупые картины, а подавлять собственное влечение она умела очень хорошо.
Поднявшись с кровати, девушка услышала посторонний шум в зале. Она осторожно выглянула из-за ширмы — собрание, что длилось весь день и, безусловно, всю ночь, только начало расходиться. Солдаты выносили стулья из шатра и постепенно покидали помещение.
Свернув карту, Эридан собрал плотную стопку бумаг, дал несколько распоряжений невысокому эльфу с планшетом и ворохом свитков в руках. Вошел Лиам, по комнате разнесся запах горячей еды: жареные яйца и насыщенный аромат бекона. Поставив на стол тарелки, чайник и чашки, он неуклюже откланялся и поспешил удалиться. Потянувшись всем телом, Кьяра вышла из-за ширмы. Зверски хотелось есть.
Сев за стол, Эридан равнодушно посмотрел на свой завтрак и принялся задумчиво пить горячий травяной отвар с терпким запахом ягод. Отбросив скромность, тифлингесса с большой жадностью принялась за еду. Увидев зверский аппетит оруженосца, Эридан молча подвинул ей свою тарелку.
— Нет, — помотала головой девушка, — вам самому надо поесть, да и отдохнуть бы неплохо.
Эльф поморщился:
— Не хочу есть, а спать некогда. Я уже озадачил Янтаря, чтобы дал мне что-нибудь для бодрости.
Он приподнялся над столом, отперевшись на костыль:
— Только коновалы опаздывают. Нет мочи терпеть. Не могу думать нормально без настойки.
Он двинулся было в свою комнату, но Кьяра ловко вскочила из-за стола и преградила дорогу:
— Решил помереть раньше времени? Можешь даже не надеяться на восстановление, если будешь так над собой издеваться.