— Вроде нас с вами, мистер Люпин, — перебил я его. — Но, во-первых, все, что можно сделать с палочкой, я могу сотворить и без неё, благо опыта у меня более чем достаточно. Желание освоить этот маленький жезл — скорее блажь, чем необходимость. А во-вторых, у вашего министерства пока, уж простите за грубость, яйца не отросли, чтобы угрожать кому-то вроде меня. Я достаточно доступно объяснил? Если волнуетесь о том, что у вас будут проблемы, то договор будет заключен не на обучение магии, а на консультации по теории магии, благо именно они мне и нужны. Абсолютно не понимаю, что я делаю не так, — посетовал я.
Ремуса мои объяснения, видимо, заинтересовали не очень, так как он зацепился только за начало моего монолога. Он вскочил с кресла и взволнованно спросил:
— Как вы догадались, кто я?
— Ну, мистер Люпин! — укоризненно заметил я. — Я ведь вампир, которому далеко за две тысячи лет, догадаться о вашей маленькой проблеме для меня не составляет труда, — а про себя дополнил: «а еще от тебя дико несет волчатиной.» Для человека, может, не очень заметно, но для рецепторов вампира, довольно ощутимо пахнет. Ну и да, я знаю чертов канон, так-то, может, я бы и не принюхивался к посетителю.
— Сколько вам лет? — ошеломленно спросил маг.
— Очень-очень много. — попытался я замять, последствие своей излишней болтливости. — Давайте опустим этот вопрос, и вы поможете мне понять, где я ошибаюсь, произнося заклинание, — я вложил в руку оторопело хлопающего глазами мага перо и подтолкнул к нему договор. — Распишитесь здесь, это договор на одноразовую консультацию. Оплата в два галеона вас устроит?
— Да, вполне, — Ремус все же взял себя в руки и вчитался в мои каракули.
Увы и ах, каллиграфия мне давалась странно. Иногда красивые завитушки и линии будто бы сами собой ложились на бумагу, а иногда я едва ли мог сам разобрать свою писанину. Тем не менее, спустя полчаса мы стояли на полигоне для отработки заклинаний. Я пытался изобразить из себя мага с палочкой, а волшебник рядом со мной тяжело вздыхал.
— Александр, ты все делаешь не так! — заявил Ремус после демонстрации моей безуспешной попытки левитации пера. Мы с ним договорились обходиться в общении без расшаркиваний. Оборотень немного помялся, но мой молодой облик вскоре его достаточно обманул, и он начал спокойно называть меня по имени, не добавляя вежливых фраз вроде «сэр».
— Что именно? — я упер руки в бока и вопросительно вскинул бровь.
— Всё! — развел руками маг, показывая на перо, все еще безвольно валяющееся на столе, и на палочку, которую я крутил в руках, будто это был кольт. — Кто тебя учил так размахивать палочкой?
Я молча поднял учебник, в котором анимированный волшебник делал изящный пасс. У рисованного парня выходило довольно изящно, так что я пытался повторить. В конце концов, это же учебник!
— Только не говори, что ты учился по книге!
— Могу помолчать, но нам это не поможет.
— Как тебя до сих пор не покалечило от неправильных заклинаний? — устало вздохнул Люпин и потер переносицу пальцами.
— А с чего бы моей магии меня калечить? — не понял я претензий волшебника. — Я ведь направляю ее в палочку и точно знаю, какого результата хочу добиться!
— Так не надо магию в палочку направлять, палочка сама это делает! — потряс руками мужчина. По его лицу было видно, что он искренне считает меня сумасшедшим.
— Что это за импотенция! — воскликнул я. — Неудивительно, что вы одного жалкого темного мага одиннадцать лет убить не могли! — видимо, в этот момент я перешел некую черту, за которую заходить не следовало. Впрочем, я не жалел о сказанном, так как действительно так считал.
— Не говори того, о чем не знаешь! — вспылил оборотень, но быстро прикусил язык. Видимо, чтобы тоже не наговорить лишнего и не потерять прибыльную работу. Кое в чем Ро ошиблась, что ей простительно, так как некоторые мелочи ей, вероятнее всего, приходилось придумывать на ходу. Курс галлеона к фунту был отнюдь не 1 к 5, а скорее 1 к 100, так что пара золотых была вполне себе приличной суммой для небогатого мага. Может быть в дальнейшем курс сменится, но сейчас волшебная палочка и правда была покупкой на долгие годы, желательно на всю жизнь. И хотя оборотень не стал развивать спор, меня уже понесло. Каюсь, грешен!
— Да боги свидетели, мне хватило бы пары недель, чтоб магическая Британия начала ходить строем и славить Цезаря… Ну или меня! — я шумно выдохнул и перевел дыхание, затем отбросил выбившуюся из прически челку назад и уже более спокойным голосом спросил: — Одиннадцать гребаных лет! Чем вы занимались все это время? Чем этот бесполезный темный маг занимался? Я понять не могу!
— Там все не так просто, — вздохнул Люпин. — Сначала Темный Лорд просто рвался в политику на место министра.
— Вот именно! — перебил я его. — На его стороне были все деньги вашей страны вместе с влиятельными магами! Как можно так все пролюбить! — Ремус пожал плечами.
