Мастер зельеварения трижды пожалел о том, что пригласил старого вампира помочь ему с варкой однотипных зелий. Да, это было скучно и утомительно, но Максимус казалось молчал только когда спал. Даже если он не болтал о чем-то осмысленном, вроде сравнения силы ингредиентов или обоснования того, что оловянные котлы стоит делать потолще, то он просто напевал себе под нос песенки на незнакомых Северусу языках. Это не слишком отвлекало, но раздражало. Все-таки Снейп привык работать в тишине. Можно было бы конечно попросить его замолкнуть, но что-то внутри противилось этому действию. Так что, когда он оставил одного старого болтуна развлекать другого, то наконец-то смог облегченно вздохнуть и насладиться тишиной. По крайней мере, студенты уже расходились по своим гостиным, и у него был шанс дойти до Больничного крыла, не столкнувшись по пути с назойливыми учениками факультета Рейвенкло. Ненасытные в своей жажде знаний, они зачастую не опасались зловещей репутации мастера зелий и старались вытрясти из него ответы на свои вопросы даже если сталкивались с ним в коридоре. В основном Снейп отправлял зубрил в библиотеку или штрафовал баллами за бестолковость. Но время от времени приходилось разъяснять проблему, чтобы излишне любопытные студенты не поубивались, ставя эксперименты. Как сказал ему Максимус, когда маг ненароком посетовал на излишнюю любознательность учеников в опасных направлениях магии: «Это заложено в человеческой природе, Северус. Постичь тайные знания и вселенскую мудрость. Это пытались и шумеры, обращающие свои взоры к звездному небу, и кельтские пророки, пытающиеся разглядеть истину в дыму священных трав. Твои студенты не сильно отличаются от них, они могут быть испуганны и заитригованы открывшимися им истинами, и к твоему сожалению, не сдадутся в своем желании продолжить поиски тайного знания. Лучшее, что ты можешь сделать — это объяснить им все наиболее подробно и предостеречь от ошибок». В тот момент, когда вампир выдавал разумные мысли, Северус даже немного восхищался им. К сожалению, затем этот вечно молодой дурень рушил очарование момента, выдавая какую-нибудь глупость или начиная напевать песенку о том, как одна сестра сбросила с обрыва другую.
В больничном крыле было тихо, несмотря на засилье пациентов. Некогда похищеные первокурсники только чуть слышно переговаривались, но не шумели. Видимо мадам Помфри сделала им внушение о правильном поведении в ее вотчине. Северус поискал взглядом медсестру и, найдя ее у детских кроватей решил не отвлекать и пошел в ее кабинет. Когда буквально через час в лазарет ввалилась толпа уже встреченных сегодня учениц, которые наперебой требовали проверить, не заболела ли мисс Тонкс драконьей оспой, Снейп даже почти не удивился. В Хогвардсе, как и почти во всех местах волшебного мира, регулярно случалось всякое, с точки зрения обычных людей, непотребство. А услышав, что Максимус как-то умудрился спасти этих разгильдяек от детеныша перуанского змеезуба, он и вовсе расслабился. Можно сказать, обычная суббота в школе чародейства и волшебства.
Судя по взволнованному щебетанию девушек, мисс Тонкс и мисс Грей вспомнили, что они еще в пятницу забыли сумку с чем-то в кабинете защиты от темных искусств. Девушки сказали, что это были тетради, но опытный легилимент ни на грамм им не поверил, впрочем, выпытывать подробности он тоже не стал, как и медсестра. Мадам Помфри вообще отличалась крайней не любопытностью к подробностям того, как пациент умудрился получить травму. Она никогда не спрашивала Северуса, кто его проклял, как видимо и не спрашивала «мародеров», так и сейчас она, услышав, что Тонкс, споткнувшаяся о свисающее защитное полотно, уронила клетку со змеезубом, без лишних слов уложила всю троицу в постели и закрыла их шторами, не позволявшими заразе распространяться. Северус не был уверен в своей способности сотворить чары, позволяющие определить болезнь, потому что банально не знал их. Потому предлагать свою помощь не стал. Как-то не было в его жизни нужды изучить чары, распознающие наличие волшебных болезней. Хотя конечно он про них слышал и видел как их используют, а сейчас сделал себе отметочку на память, изучить их и попрактиковаться на Максимусе. Тот хоть и мертвец, но волшебные болезни коварны. Конечно не было ни одного случая заражения вампиров хоть чем-то, но и о случаях того, что вампир хватал бы дракона голыми руками, он тоже не слыхал. К тому же на обычного вампира Максимус походил с трудом.
Через десяток минут в лазарет пробрался Бентон Смелфлауер, попытался сунутся на помощь медведьме, получил нагоняй и растеряно замер посредь лазарета. Всегда горделивый, немолодой бывший мракоборец выглядел подавленным. Северус отвлекся от расставления пузырьков с лекарствами по полочкам и жестом предложил учителю ЗОТИ присесть и подождать медсестру в кабинете.
