– Я не знаю. Давай попробуем эту штуку, и ты расскажешь, – поморщилась Мэл, принюхиваясь к открытой бутылке.
– Я читала. Там, короче, берём ложку, в неё кладём сахар, поливаем, поджигаем… И едим.
Виолетта не была уверена на сто процентов, что так и пьётся абсент, но в фильмах делали именно так.
Девочки зачерпнули сахар из сахарницы. Затем Виолетта полила ложку зелёной жидкостью и подожгла.
Некоторое время обе с интересом наблюдали за пламенем, которое не гасло.
– И чего, его теперь горящим есть? – скептически поинтересовалась Мэл.
– Понятия не имею, – отозвалась Виолетта.
– Он провонял всю комнату. Давай, туши, – хмуро велела Маша.
Кое-как задув пламя, Мэл попробовала кончиком языка карамелизированный сахар, поморщилась от его вкуса и принялась поспешно запивать газировкой. Виолетта не отставала.
Затем девочки по небольшому глоточку попробовали напиток в чистом виде. Всё это действие закончилось тем, что они, со слезами на глазах, носились по всей квартире, запивая абсент водой и газировкой, лишь бы мерзкое обжигающее чувство прошло.
А затем они упали на кровать и начали дико хихикать.
– Всё, ну нафиг. Давай выльем, – сказала Мэл.
– Давай спрячем, – возразила Виолетта. – И надо открыть окна: эта штука так воняет – никакие ароматические палочки не помогут.
Закончив с уборкой последствий дегустации абсента, Виолетта плюхнулась в кресло и начала рассказ, полный романтического приукрашивания. Но, как бы Мэл не пыталась выяснить, что это за таинственный парень, Виолетта лишь загадочно улыбалась, но держала рот на замке.
***
Родион и Саша стояли возле входа на Тихвинское мемориальное кладбище, легендарное место захоронения многих известных личностей.
– Скажи мне, зачем мы припёрлись сюда среди бела дня? – уныло поинтересовался Чацкий, ковыряя землю носком ботинка.
– Разбираться с тем, что вы наворотили, – спокойно ответил Раскольников. – У меня есть несколько мыслей. Но сначала нейтрализуй охранника.
Покупая билеты, Чацкий заодно заговорил пожилого мужчину так, что тот выключил все камеры наблюдения.
Родион и Саша шли по заснеженном кладбищу к могиле Достоевского. На месте Родион сел на лавочку напротив могилы и стал ждать.
– Твой автор, – заметил Чацкий. – Думаешь, поймаешь какой-то инсайд?
– Уже, – коротко ответил Раскольников.
Родион чувствовал, как его тело переполняется силой.
– Родя, ты как будто светишься весь, – сказал Чацкий немного погодя, с удивлением разглядывая друга.
Родион тем временем встал и подошёл к самой могиле. Осмотрелся по сторонам и прикоснулся к памятнику. Малыш не понимал, что делает Родион.
– Если что, подстрахуй меня, – велел Раскольников.
Время они выбрали удачное: на кладбище не было ни туристов, ни просто гуляющих. Родион присел и двумя руками прикоснулся к гранитной плите в основании памятника. Обхватил её. Чацкий заметил, как памятник словно приподнялся и наклонился. А затем Малыш увидел, что Родион действительно приподнял плиту. Чацкий выругался.
– Саша, рой землю, – неожиданно приказал Раскольников.
– Что делать? Но у меня ни лопаты, ничего! И вдруг ты уронишь на меня эту штуку?! – возмутился парень.
– Саша. Рой. Чёртову. Землю, – раздельно повторил Родион, гневно зыркнув на Малыша.
Чацкий кинулся к месту и начал руками копать мёрзлый грунт.
– Зачем?! – продолжая рыть, вопрошал Саша.
– Ничего? – спросил Родион. Казалось, ему совсем не сложно было держать эту махину.
– Нет, – ответил Малыш, продолжая копошиться, как вдруг он наткнулся на что-то твёрдое. Сначала ему показалось, что это корень или камень, но потом пришло более страшное осознание:
– Это что – к-кости?! – в ужасе воскликнул он. Хотел отдёрнуть руку, но справился с отвращением и потянул предмет на себя. В руке оказалась маленькая малахитовая шкатулка.
– Давай уже, – рыкнул Родион. Подождал, пока Саша отползёт, и аккуратно опустил надгробие.
– У меня несколько вопросов, – сказал Саша, отряхиваясь. – Как ты это сделал без топора? Как это здесь очутилось? Откуда ты узнал?
Родион выдохнул. Взял немного снега отмыть руки. А затем достал из внутреннего кармана потрепанный ежедневник.
– Это ведь её? – догадался Чацкий.
Родион кивнул.
– Она сюда часто приходила. Говорила, что ей здесь очень хорошо и спокойно, – тихо прошептал Саша.
– Она восстанавливала здесь силы. Видимо, места, связанные с нашими создателями, могут так на нас действовать. Не уверен, что все, но те, где лежат их тела, похоже, да. Ты видел, я смог усилить себя без топора и превращения. И я не чувствую сейчас, что моему телу больно.
– Н-да, жаль, не у всех есть такая возможность – посетить могилу своего создателя, – пробурчал Чацкий. – Это ты проверил. Как ты про жемчужину узнал? Муму сказала?
– У неё давно была мысль проверить места, связанные с авторами.
– Ты хочешь сказать, что за всё это время никто не додумался?
– Не совсем, просто могилы копать, знаешь, такое себе. Хотя дома-музеи проверить можно.
– Ты представляешь, сколько всего нам нужно посетить? И сколько нам нужно будет вскрыть!
