Пичес никогда не встречалась с Мэнди, если не считать единственного раза, когда та вырубилась на плече Стюарта на крыльце. Пичес думала, что Мэнди будет выглядеть больной. Она ожидала увидеть инвалидное кресло, ходунки или трость. И конечно же, Пичес не предполагала, что Мэнди окажется совершенной, розовощекой, с пышной задницей и невероятными сиськами. Она не ожидала, что Мэнди будет такой красивой, с блестящими черными волосами, молочно-бледной кожей, сияющими зелеными глазами, красными губами-бантиками и супербелыми ровными зубами. Она выглядела как Белоснежка на стероидах.
– Привет, – немного нервно поздоровался Стюарт с Пичес. Он боялся, что медсестра будет вести себя с ним чересчур вольно. А что, если она вспомнит, сколько раз проверяла его волосы на наличие вшей? Или скажет, что она продавала ему травку? А вдруг Пичес обнимет его? Но секундой позже Стюарт понял, что это он ведет себя слишком фамильярно. Чувство неловкости усугублялось оттого, что Пичес сидела, разговаривала и пила с Роем Кларком, чья дочь в тот вечер нянчилась с Тедди, хотя Стюарт с мистером Кларком раньше никогда не встречались.
– Стюарт Литтл, – Стюарт протянул ему руку.
– Рой. Рой Кларк, – произнес мужчина с очаровательным английским смущением.
Стюарт взглянул на Пичес и тронул Мэнди за локоть:
– А это Мэнди, моя жена.
Пичес спрыгнула со стула у барной стойки и поцеловала Мэнди в обе щеки. Она ничего не могла с собой поделать. Ей просто необходимо было прикоснуться к мягким, напудренным щекам Мэнди, узнать, как она пахнет.
– Так здорово, что ты здесь.
От Мэнди пахло лесом. Аромат был не цветочный, а, скорее, мускусный. Как древесный колючий запах сена в саду летней ночью после дождя. А может, от нее просто пахло травкой.
Мэнди продолжала лучезарно улыбаться, хотя понятия не имела, кто эта симпатичная женщина с ямочками на щеках, с барабанными палочками в заднем кармане рваных джинсов, явно дружелюбно настроенная и чертовски крутая. Она повернулась к Стюарту за помощью.
– Это Пичес Парк, школьная медсестра. Вы уже встречались на крыльце, – объяснил Стюарт. – Она работает в школе Теда.
– А еще я бармен и барабанщик. И диджей, или распорядитель, или как там называют человека, который управляет караоке-машиной, – уточнила Пичес. Всякий раз, когда кто-нибудь представлял ее как школьную медсестру, она чувствовала, что должна внести ясность. – Извините за запах. У нас тут какое-то новое чистящее средство.
Она тянула время. Элизабет просила ее не начинать, пока в баре не будет полно народу.
Рой хотел бы, чтоб Венди была здесь. Она гораздо лучше умела знакомиться и общаться с новыми людьми. Он взял свое пиво, пожал Стюарту руку и кивнул в знак приветствия его привлекательной, соблазнительной жене, которая выглядела так, будто в душе ей все еще семнадцать, и она целыми днями пьет пиво и красит ресницы, хотя, судя по всему, у нее был ребенок. Рой узнал Стюарта Литтла не по имени, а в лицо. Он видел его каждое утро с маленьким сыном и смутно припоминал, что именно с ребенком Стюарта и Мэнди его дочь Шай нянчится сегодня вечером. Коббл-Хилл, безусловно, был странным местом, где все друг друга знают.
– А вы писатель, – сказала Мэнди, потому что знала об этом. Всем об этом было известно.
– Да.
Дверь распахнулась, и Рой обрадовался, увидев Таппера в его фирменном темно-синем костюме с галстуком, каштановые волосы аккуратно причесаны, по-женски красивое лицо свежевыбрито.
Мэнди узнала этого хорошо одетого мужчину, чей обед она на днях чуть не украла.
– Она здесь? – с тревогой спросил Таппер Роя, не обращая внимания на остальных присутствующих.
– Не то чтобы нам удалось это обнаружить… – честно ответил Рой. Вполне возможно, что Элизабет пряталась в шкафу или под половицами, хотя, судя по тому, что он узнал из Google Images, Элизабет была довольно высокой женщиной, поэтому ее будет легко заметить.
– Вообще-то, – перебила его Пичес, – Элизабет была здесь… недавно. Разве она не появлялась дома?
За последний месяц Таппер несколько раз заходил в бар и спрашивал о жене. Он никогда не зависал там надолго, утверждая, что они «уважают работу друг друга».
Домашняя видеокамера Таппера записала восторженное кошачье мяуканье – кот обожал Элизабет. Также было видно, что Элизабет совершила набег на студию. Дома Таппер обнаружил «тело» в ванне, залитое красной краской: Элизабет инсценировала собственную смерть, таким экстравагантным способом давая понять, что она наконец-то вернулась.
Полсен обошел бар и налил себе пинту «Гиннесса».
– Я видел ее лишь на кадрах, которые пишет камера в попугае. Элизабет меня дразнит, – добавил Таппер с несчастным видом. – Она ненавидит, когда за ней следят.
– Извини, приятель, – сказал Рой. Должно быть, трудно быть женатым на художнице.
– Шай – та девочка, которая сейчас нянчится с Тедом, – это дочь Роя, – прошептал Стюарт на ухо Мэнди, – я имею в виду английского писателя, а не того чудилу в костюме.
