– Знаешь, как чёрта распознать среди заказчиков? Он ничего не говорит никогда, молча расплачивается, жестами заказ объясняет. Хотя, какой там заказ! Всего лишь лошадь подковать. А знаешь, кто у чертей заместо лошадей? Самоубийцы! Кто на себя руки наложил, тот Бога прогневил, и век ему чертей на своей спине возить.
– Так вы нас за чертей, что ли, приняли вначале? – хлопал себя по лбу Варэк.
– Какие вы черти! – смеялся кузнец, подкладывая ему в тарелку мяса. – Так, чертята!
Варэк и сам не мог понять, почему ему так нравится работать в кузне. Сил это занятие отнимало не меньше, чем пахота, но огонь земной словно подпитывал Варэка своей энергией, в отличие от огня небесного – палящее солнце было не последней из причин, почему подросток так выматывался на пашне. Но главное, что ему, обладавшему намного меньшей фантазией, чем, скажем, Лилле, не хватало воображения представить, как брошенное в землю зёрнышко оборачивается пшеницей, пшеница потом превращается в муку, а мука в лучшую еду в мире – хлеб. А здесь магия ручного труда творилась на его глазах. Он видел, как железные прутья превращаются в железные розы, и даже участвовал в этом. А когда его взорам предстало готовое изделие, просто ахнул.
– Да, сынок! Это мы с тобой сделали, мы! А, знаешь, почему так хорошо вышло? Потому что не только себе в корысть, но и на радость людям.
И кузнец таинственным шёпотом поделился главным секретом кузни: нельзя сюда заходить только с желанием заработать – Огонь этого не любит. Его любимое дитя – сталь, а не золото.
Что кузнец совсем не уважает золото, Варэк убедился, когда тот стал пропивать деньги за заказ в первый же день. С грустью подросток смотрел, как пьяный мужчина ругается с женой. Келли тоже не испытывала положительных эмоций от этого зрелища.
– А ведь и в кузне он не выглядел счастливым, – задумчиво произнёс юноша. – Если не считать того дня, когда он увидел плоды своего труда. Я даже у детей не видел столько радости.
– Этим они и живут, – прошептала Келли. – Этим они и живут.
– Если убрать выпивку, я был бы не против так жить, – неожиданно признался Варэк.
С рассветом он снова проснулся типичным мальчиком Миртару. Но в тот вечер все мечты о великих сражениях и рискованных подвигах казались ему глупыми фантазиями несмышлёныша. Его взгляд терялся среди железных роз, а сердце грело знание, что, в отличие от живых цветов, они будут радовать людей очень долго – возможно, несколько поколений.
Варэку пришлось забыв про страх, что о них подумают, держать девушку, переодетую мальчиком, за руку. Ей, успевшей пожить на большом круште, было легче пережить такое скопление людей, а Варэк боялся, что сойдёт с ума. Как и положено столице богатого королевства, Авия поражала всех, кто впервые туда попадал. В первую очередь – своими толпами, и только во вторую – архитектурой.
Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, – разумеется, никакого Келчи Сей Хитрый не привёл, а притащил простого мошенника с такими же, как у Келли, волосами. Когда его лицо отчистили от сажи, стало ясно, что это не подросток, а притворяющийся им хилый мужичок.
– Ну всё, сейчас папа тебе все руки и ноги переломает! – в предвкушении потехи заверещал сын кузнеца.
– Надо бы, да за него тут один паренёк девять дней кряду в кузне надрывался, – развеял мечты отпрыска кузнец. – Пусть живёт пока. Но чтоб в предместье я его больше не видел!
До ворот мошенник плёлся за понурыми путешественниками, а потом резко их обогнал и сказал на прощание:
– Не знаю, почему вы за меня впряглись, парни, но Соко Солома правильный вор, а не какой-то там доходяга! Даст бог, рассчитаюсь за этот долг. А не даст, так помолюсь хотя бы за кредитора. Как ваши имена, путешественники?
– Меня зовут Варэк, а моего товарища Келли, – сказал Варэк, остановив лошадь. – Мы ищем его брата, Келчи. Запомни лицо Келли, и если найдёшь похожее – считай, что это не ты нам, а мы тебе должны.
– Замётано! – кивнул Соко Солома. – Ав какой гостинице кости кинете?
– Ещё не знаем, а какую порекомендуешь?
– Воровской притон вам не подойдёт, а приличных мест я не знаток. Ладно, путешественники, если что-то выгорит, Соко Солома сам вас найдёт.
Когда Соко прошёл контроль у стражников и растворился в толпе, Келли сказала, что это очень глупо – рассчитывать на помощь вора и мошенника.
– Как это так – брать чужое! Даже за год жизни в нижнем мире я этого не пойму!
– Вообще-то, у тебя было на это шестнадцать лет жизни с родным братом!
И Варэк напомнил, как Келчи украл у него кольцо.
– Он это сделал не ради наживы. Это другое!
– Я ждал от тебя такого ответа. Всё-таки хорошо, что мы расстались!
– Жаль, что мы вообще когда-то встречались!
Казалось, что они рассорились надолго. Но ожидание в очереди у сторожки стражников охладило их пыл. Почти одновременно они решили попросить друг у друга прощения.
