— Такое сложно объяснить, — замялся Захар, наткнувшись на ледяной взгляд Влада. — В тот день, когда произошла авария, я… мы на тот момент разрабатывали технологию… короче опыты с обезьянами по автономному существованию мозга прошли вполне успешно.
— Что ты с ней сделал чудовище? — толи прохрипел толи, прорычал Влад и стал подниматься. Лицо пылало от гнева.
— Когда их доставили в больницу, они были практически мертвы, и я распорядился… Я попросил наших врачей попытаться спасти их мозг… и им удалось. Около четырех лет мы держали их искусственной коме. Мы дорабатывали технологию и разрабатывали средства коммуникаций для того, чтобы очнувшись, они могли общаться с внешним миром. И потом… потом мы подключили их мозг к интерфейсу, и… Влад!
Захар кинулся к оседавшей на пол Ирине, но Мерфи опередил.
— Воды! — коротко бросил он.
Багиров развернулся к столу, схватил бутылку, выронил, подхватил у самого пола и дрожащими руками передал Железной голове.
Ирина открыла глаза.
— Как ты себя чувствуешь? — Мерфи помог ей подняться и сесть в кресло.
— Нормально, — тихо ответила она, взяла предложенную бутылку и сделала несколько глотков. — Что произошло дальше?
— Они очнулись. Я сейчас все объясню. Вот это все, — Багиров соскочил с возвышения, отошел на пару шагов и окинул взглядом нагромождения аппаратуры. — Это их тело. С помощью него они питаются, дышат, видят и разговаривают.
— Хочешь сказать, моя дочь заперта…
— Влад! — голос супруги прозвучал холодно и властно. Мерфи замолчал.
— Продолжай!
— Да я, собственно, почти закончил. Вот здесь, — Захар присел рядом с возвышением и похлопал рукой по отполированной поверхности, — проецируются их голограммы. Как показала практика нам так проще воспринимать их как людей. И, Влад!
Багиров взглянул на Мерфи с пониманием и сочувствием.
— Я знаю, что ты хочешь сказать, но это выбор твоей дочери. Встретиться раньше Алена была не готова. Прошу, уважай ее право. Сейчас они наблюдают за нами через камеры.
Захар указал на мигающую огнями стену.
— Если вы готовы, я могу включить проекцию Алены, и вы сможете с ней поговорить. Вы готовы?
Влад и Ирина кивнули не в силах до конца поверить в услышанное.
Захар наклонился к столу, ловкие пальцы пробежались по клавиатуре, и перед ними из пола выросла Алена — молодая, улыбчивая, с бесноватой искоркой в зеленых миндалевидных глазах.
— Привет, пап! Привет, мам! — сказала она и помахала рукой. — Как же я по вам соскучилась!
Захар вышел из операционного зала, не желая мешать родителям общаться с дочерью. У дверей он столкнулся со скучающим Рогозиным.
— Ну как там? — поинтересовался тот.
— Общаются.
— Ты им рассказал все? — спросил Иван, сделав упор на последнем слове.
— Нет, — покачал головой Багиров. — Я не решился. Сейчас не подходящий момент.
— Возможно, ты прав, но рано или поздно тебе придется им рассказать, что скоро их дочка погибнет.
— Как и мой сын, — грустно ответил Захар, — но пусть они узнают это как можно позже. Они сейчас счастливы.
— Они возненавидят тебя.
— Скорее всего, но не забывай, мы далеко продвинулись в технологии переноса сознания.
— Да, но мы лишь в самом начале пути. Раньше, чем через десять лет результата ждать не стоит. А такого времени у нас нет.
— А я думаю, что есть.
— Что? Откуда? Я чего-то не знаю?
— Есть один безумный проект, но давай поговорим об этом чуть позже, — ответил Захар и многозначительно подмигнул Рогозину.
