| Da Vinci, Botticelli, Isaac Newton, Victor Hugo, Jean Cocteau... Jacques Sauniere. | Компания у него была просто блистательная. Да Винчи, Боттичелли, Исаак Ньютон, Виктор Гюго, Жан Кокто... |
| "I don't know what else I can tell you," Langdon said softly. | — Просто не знаю, что вам сказать, — тихо заметил Лэнгдон. В зеленых глазах Софи блестели слезы. |
| Sophie's eyes were a deep green now, tearful. "He raised me like his own daughter." | — Он воспитывал меня как родную дочь. |
| Langdon now recognized the emotion that had been growing in her eyes as they spoke. It was remorse. Distant and deep. Sophie Neveu had shunned her grandfather and was now seeing him in an entirely different light. | Только теперь Лэнгдон заметил в ней перемену. Это было видно по глазам. Выражение отсутствующее, она словно ушла в себя. Прежде Софи Невё проклинала своего деда. И только теперь увидела ситуацию в совершенно другом свете. |
| Outside, the dawn was coming fast, its crimson aura gathering off the starboard. The earth was still black beneath them. | За стеклом иллюминатора быстро светлело, на горизонте появилась малиново-красная полоска. А земля под ними была по-прежнему погружена во тьму. |
| "Victuals, my dears?" Teabing rejoined them with a flourish, presenting several cans of Coke and a box of old crackers. He apologized profusely for the limited fare as he doled out the goods. "Our friend the monk isn't talking yet," he chimed, "but give him time." He bit into a cracker and eyed the poem. "So, my lovely, any headway?" He looked at Sophie. "What is your grandfather trying to tell us here? Where the devil is this headstone? This headstone praised by Templars." | — Надо бы подкрепиться, дорогие мои! — В салон вошел Тибинг и, весело улыбаясь, поставил на стол несколько банок колы и коробку крекеров. Затем извинился за столь скудное угощение: просто давно не пополнял припасов на борту. — Наш друг монах все еще отказывается говорить, — добавил он. — Но ничего, ему надо дать время. — Он откусил от крекера большой кусок и уставился на листок со стихотворением. — Итак, милые мои, есть ли идеи? — Он поднял глаза на Софи. — Что пытался сказать этим ваш дедушка? Где, черт побери, надгробный камень, которому поклонялись тамплиеры? |
| Sophie shook her head and remained silent. | Софи лишь молча покачала головой. |
| While Teabing again dug into the verse, Langdon popped a Coke and turned to the window, his thoughts awash with images of secret rituals and unbroken codes. A headstone praised by Templars is the key. He took a long sip from the can. A headstone praised by Templars. The cola was warm. | Тибинг снова занялся стихотворением, а Лэнгдон вскрыл банку с колой и отвернулся к иллюминатору. Надгробье тамплиеров — это ключ. Он отпил глоток из жестяной банки. Надгробие, которому поклонялись тамплиеры. Кола оказалась теплой. |
| The dissolving veil of night seemed to evaporate quickly, and as Langdon watched the transformation, he saw a shimmering ocean stretch out beneath them. The English Channel. It wouldn't be long now. | Ночь быстро сдавала позиции, за стеклом становилось все светлее, и Лэнгдон, наблюдавший за этими превращениями, вдруг увидел внизу поблескивающую морскую гладь. Ла-Манш. Теперь уже скоро. |
| Langdon willed the light of day to bring with it a second kind of illumination, but the lighter it became outside, the further he felt from the truth. He heard the rhythms of iambic pentameter and chanting, Hieros Gamos and sacred rites, resonating with the rumble of the jet. | Видимо, Лэнгдон в глубине души надеялся, что озарение придет к нему с рассветом, но этого не произошло. Чем светлее становилось за стеклом, тем призрачнее становилась истина. В ушах звучали строки, написанные пятистопным ямбом, заклинания Хиерос гамос и других священных ритуалов, рев самолета. |
| A headstone praised by Templars. | Надгробие, которому поклонялись тамплиеры. |
| The plane was over land again when a flash of enlightenment struck him. Langdon set down his empty can of Coke hard. "You won't believe this," he said, turning to the others. "The Templar headstone—I figured it out." | Самолет летел совсем низко, когда Лэнгдона вдруг осенило. Он со стуком поставил на стол пустую жестянку от колы.— Вы мне не поверите, — начал он и обернулся к Тибингу и Софи. — Мне кажется, я знаю... про надгробие тамплиеров. |
| Teabing's eyes turned to saucers. "You know where the headstone is?" | Глаза у Тибинга стали как блюдца.— Вы знаете, где надгробие? Лэнгдон улыбнулся: |
| Langdon smiled. "Not where it is. What it is." Sophie leaned in to hear."I think the headstone references a literal stone head," Langdon explained, savoring the familiar | — Не где. Я наконец понял, что это.Софи всем телом подалась вперед. — Мне кажется, слово "headstone", "надгробие", здесь следует понимать в его прямом изначальном |
