«Тимофей Викторович, я зафиксировала ряд изменений, касающихся энергетической оболочки вашего тела.»
Я заметил, что она впервые в этом мире про себя сказала «я». Мне это понравилось.
«И что ты увидела?»
«Ее наличие.»
«Не понял.»
«Я вижу вашу энергетическую оболочку. Это сеть каналов, дублирующих главные сосуды, но имеющая центр в затылке.»
«Да, все верно, ты центр всего.»
Нет, все-таки я не попрощался еще с Белотеловой. Если после ее сеансов Алекса видит все иначе, нужно продолжать.
— Все в порядке, — сказал я юристу и поставил размашистую подпись.
Все, что мне нужно, я узнал. Договор был составлен не от конкретного лица, а он организации. Не Цаплина владел тут всем, а был лишь назначенным директором. Видимо, он действительно перегнул палку, как раньше говорил Артур Карлович, и его убрали. Моими руками.
Это открытие неприятно кольнуло, ведь я и раньше по чужой указке устранял людей. Но тут я ощущал себя использованным.
Ничего, будет мне наука.
— А вот тогда вам документы на Жан-Поля и ведьму, — юрист передал мне две папки из сейфа. — Будьте внимательны с Матильдой. Здесь ее все любят, хоть у нее очень непростой характер.
— Да, я уже знаю.
— Что касается Жан-Поля, никак не могу понять, зачем он вам. Обычный торговец, не хуже и не лучше остальных.
— Это уже не ваше дело.
— Что вы собираетесь делать дальше?
— Получать деньги и не трогать этот рынок, — я сказал то, что он хотел услышать. — Всего хорошего.
Я передал документы Ветру, и мы вышли из кабинета. Что ж, я не стал хозяином всей этой барахолки, но меня это совершенно не трогало.
— Куда теперь?
— Проверить Жан-Поля и артефактора, хочу узнать, чему научилась Аннабель за время моего отсутствия.
В доме Жан-Поля царило оживление. На крошечной территории собралась чуть ли не все семейство: брат Жан-Поля, который мастерил фигурки, артефактор, сестра Вероники, яркая женщина с роскошными формами.
Женщины сразу навели суету, едва нас увидели. Меня усадили во главу стола, а Ветер встал возле окна. Нам обоим в руки дали по чашке с горячим чаем, тарелку с пирожками и банку джема.
Каждая спрашивала, удобно ли мне, шугала от нас многочисленных кошек, которых я раньше и не замечал здесь. В общем, давали почувствовать нам, что нас тут ждали и всегда рады.
— Как успехи у Аннабель? — спросил я, чтобы хоть как-то передохнуть от женской заботы.
— Ой, чудесно!
— Замечательно! Она такая умничка! Вот только Максим больно худой, — Роксана, так звали сестру Вероники, бросала на артефактора долгие взгляды.
— Аннабель действительно стала гораздо искуснее в заклинаниях, — Жан-Поль остановил восторженные отзывы женщин. — Ей не хватает усидчивости. Показать вам ее работы?
— Конечно, мне очень интересно, — я посмотрел на горящие глаза девочки, которая в одно мгновение сорвалась и убежала в свою комнату.
— Вот! — через минуту передо мной стояла обыкновенная черепаха.
Я вызвал код — как же я был рад, что Алекса вернулась! — и внимательно его изучил. Эта фигурка мне знакома, Аннабель сейчас исправляла свои старые работы.
Пока я разглядывал артефакт, Ивушкин изучал меня. Артефактор словно видел, как я вызвал код и читаю символы.
— Хорошо. Очень хорошо, — я вернул черепаху Аннабелле, и она убежала к себе.
— Тимофей Викторович, могу я с вами переговорить? — Ивушкин вежливо поклонился. — Пройдемте за мной.
Мы вышли к лестнице, и он, оглядевшись, спросил:
— Вам все еще интересно заклинание самовосстановления?
— Конечно.
— И вы хотели нанести его на себя?
— Да, все верно. Вы сказали, что это невозможно.
— Да-да, все так, но я ни на минуту не переставал думать об этом. Мне нужно точно знать, зачем вам это и что вы хотите получить в конце. Тем более, я вижу, что у вас очень странные каналы…
— Что вы имеете в виду? — мне стало интересно узнать еще одно мнение, помимо слов Белотеловой.
— Очень большие. Их не видно обычным взглядом, но, как по мне, они рассчитаны на очень большой поток магии.
— Максим, вы знаете, кто я? — вдруг спросил я.
— Тимофей Викторович, — растерянно ответил артефактор.
— Я Тимофей Зарницкий, помните такое имя?
— Вы знаете, знакомо, но ничего конкретного на ум не приходит, — он задумчиво наморщил лоб. — Вы знаете, я почти не слежу за новостями, только касающиеся артефакторов… Но как я понимаю, ваше имя должно мне было что-то сказать, да?
— У меня сейчас нет магии, блокировка.
— Но тогда как? — он изумленно уставился на меня.
— Использовать не могу, но я ее вижу.
— Как артефактор?
— К сожалению, я не знаю, что вы под этим подразумеваете.
— Как бы вам это объяснить, — он огляделся, — вы же видели у меня ту подставку?
— Да, теперь хочу такую же.
— Я вам вышлю одну. Вот способность артефактора заключается в том, что мы видим структуру заклинания. Его потоки, места, на которые они воздействуют. По разнице цвета и толщине определяем тип. Вы видите то же самое?
— Не совсем, — не говорить же ему про код! — Скорее интуитивно распознаю. Вот на черепахе, которую показала Аннабель, все правильно. Заклинание хорошо держится, выглядит целым и работает так, как должен работать этот артефакт.
— Я вроде бы вас понимаю.
