Идея состояла в том, что любой текст на вырванном листе должен проявляться в самом блокноте. Весьма грубое использование такого тонкого заклинания, но с чего-то же нужно было начинать.
Первые два теста прошли удачно — текст действительно копировался с листка в блокнот. Однако и проблема появилась сразу же: под действием заклинания бумага истончалась, и на третье послание прочности уже не хватило.
Еще я даже примерно не знал расстояния, на котором действует этот мгновенный обмен. Бегать из стороны в стороны я не собирался и поэтому позвал Матильду.
— Возьми лист и пиши на нем цифры по порядку. Одна цифра на каждые пять шагов. Поняла? — я выдал ей стопку листков. — Один порвется, бери следующий.
Так, методом научного тыка, я выяснил, что действие моего мессенджера составляет всего пятьдесят шагов Матильды. Негусто.
Алекса периодически добавляла информации для улучшения кода, но во мне уже звенел азарт. Я перебирал различные материалы, добавлял и убирал строчки, и в итоге добился нужного результата.
Зачарованная плотная бумага, которую я не смог разорвать, и простой карандаш.
Для каждого из команды я сделал небольшие карточки, на которых они должны были написать мне сообщение. Подготовив все, я вышел из кабинета и с удивлением обнаружил, что все уже легли спать.
— Три ночи на часах, чего от них ждать? — улыбнулся я и последовал их примеру.
— Запомните, Тимофей Викторович, вам нужно убить этого человека, — перед глазами появляется чей-то портрет.
Во мне просыпается смутное узнавание, но кто именно кто это, я не знаю.
— Убить, — продолжает вкрадчивый голос. — Не ранить, не пленить. Убить. Вы понимаете меня?
Мир качается вместе с моим кивком. Мыслей в голове нет, я всем нутром ощущаю эту пустоту, она высасывает все эмоции, и моих сил хватает лишь на выполнение приказов.
Мелькает осознание, что это все неправильно, но убаюкивающий голос требует действий.
И я подчиняюсь. Это проще, чем думать. Проще, чем сопротивляться.
Меня довозят до нужного места, высаживают из мобиля и быстро скрываются в переулках.
«Убить», — вспыхивает в моей голове одновременно с заклинанием.
Яркий разряд срывается с ладоней и прожигает кого-то насквозь. Это не тот, кто мне нужен. И я иду дальше.
Коридоры, кабинеты, гостиные — везде одно и то же: молнии, пламя, крики и стоны.
Ничего в душе не отзывается. Для меня это что-то рутинное, не стоящие внимания действия.
Пока в последней комнате не открывается дверь. Я вижу его. Человека с портрета.
«Убей» — одно только слово и одно только действие.
Как в замедленной съемке я наклоняю голову к плечу и поднимаю руку. Но заклинания нет на кончиках пальцев.
— Тимофей Викторович, вы пришли за мной? — спрашивает знакомый голос.
Я хочу кивнуть, но замираю на месте. Пытаюсь сфокусироваться на деталях: длинные волосы, упрямый подбородок, хмурый взгляд.
Я определенно знаю этого человека. Но кто он?
— Я знал, что вы придете за мной.
Мотнув головой, чтобы стряхнуть наваждение, я шагнул ближе.
«Убей.»
Смутно знакомый человек продолжает стоять напротив меня и не двигается, не убегает, не кричит. Просто стоит и ждет. Я даже не замечаю вихрей магии вокруг него.
Это и становится последней каплей, которая сдвигает мое восприятие. Пелена на глазах истончается.
— Дядя Ветер.
Я не спрашиваю, я утверждаю.
— Рад, что вы не забыли меня, — внешне он расслаблен, но теперь-то я узнаю эту спокойную позу: Владимир Козырев готов к бою.
Мы долго стоим друг напротив друга, оценивая и приглядываясь. Меня все время подхлестывает приказ «убить», но его, человека, которого я знаю с самого детства, я не мог лишить жизни.
Чужая воля давит на сознание. Я будто разделяюсь на две части: одна жаждет крови, а вторая — недоуменно смотрит со стороны.
Как я докатился до такого? Кто меня послал? Почему нужно убить дядю Ветра⁈
Сотня вопросов разрывали мое сознание и невероятно сильно бесили.
Магия полыхнула в руках, сверкая разрядами. Но ни один из них не полетел в сторону Ветра.
— Вы позволите помочь остальным? Я ещё могу кого-то спасти, — спокойно сказал он.
Его слова были подобны ведру с ледяной водой. Я вздрогнул, отшагнул и машинально обернулся. И только сейчас сообразил, что слышу болезненные стоны.
Самообладания хватило лишь на короткий кивок. Ветер сорвался с места, раскидывая завалы из разрушенной мной мебели.
«Он намного сильнее меня», — отчужденно подумал я.
И это он мог меня убить, даже не напрягаясь. Так зачем меня послали сюда? Проверка? Верная смерть?
Это запустило новую цепочку мыслей, которые постепенно возвращали меня в сознание, стирая с воспоминаний белесую пленку забвения.
— Да какого черта⁈ — заорал я в пустоте комнаты. — Да что всем от меня нужно⁈
— Тимофей Викторович, прошу вас, не делайте поспешных выводов и действий, — спокойный и уверенной голос Ветра отрезвил меня.
Действительно, зачем сейчас мчаться неизвестно куда, неизвестно к кому. Сначала нужно разобраться. По крайней мере, я искренне собирался так сделать.
Но едва вышел на широкое крыльцо, меня словно в кипяток окунули. Ярость толчками билась в сердце, разнося огонь по венам.
