Подойдя к Джеку, я, не раздумывая разорвал ткань на его груди, чтобы рассмотреть всё вблизи. Эльза, занявшая место рядом, едва сдержала оханье, когда увидела мерцающий алый отблеск, исходящий прямо из-под кожи охотника.
— Это Кровавый камень, — в её голосе прозвучал неподдельный шок. — И, похоже, он… взаимодействует с чем-то. Как будто пытается выбраться наружу.
— Это плохо? — спросил я негромко, пытаясь не выдать растущего беспокойства.
— Понятия не имею. Так не должно быть, — замешкалась она, нахмурившись и беспомощно покачав головой.
Время для меня словно приостановилось. Мозг мгновенно включился на полную мощность, выстраивая возможные сценарии. В считаные доли секунды я успел сопоставить разрозненные факты и сделать вывод: камень покидал тело Джека Рассела. Он будто нашёл «новое пристанище» и теперь хотел перебраться к тому, кто, с его точки зрения, был более подходящим носителем. А мое приближение явно послужило триггером.
— Ну что ж, проверим… — пробормотал я себе под нос.
Я осторожно прижал ладонь к пульсирующему месту на теле Джека. В тот же миг он в муке закричал, выгибаясь дугой. Кожа его побледнела, из-под сведённых зубов вырвался хрип. Я на мгновение растерялся, но не убрал руку — чувствовал, что, если сейчас отдёрну её, может случиться непоправимое.
Внезапно всё закончилось так же резко, как началось: Джек безвольно обмяк и потерял сознание, тяжело выдохнув. Его грудь, вздымалась с трудом, но продолжала ровное движение, означавшее, что он жив.
А в моей ладони неровно мерцал осколок камня — багрово-красного цвета, словно в нём билась крошечная кровавая искра.
— Кровавый камень… — раздался хриплый шёпот Верусы. В её глазах вспыхнул восторг, граничащий с безумием. — Отдай его мне, мальчишка. Забирай после этого всё это шерстяное семейство — клянусь, я их не трону и оставлю в покое. Пусть и дальше на луну воют. Только верни мне то, что принадлежит Бладстоунам по праву.
Но я не слушал её. Взгляд мой был прикован к камню, и я чувствовал, как от него исходит странная магнетическая сила — словно он шептал мне обещания, манил и звал, обещая могущество и защиту. Ладонь у меня вдруг запекло, возникло ощущение, будто под кожей разливается пульсирующее тепло. Я совсем потерялся в этом шквале чувств, почти физически слыша зов камня, который стремился стать частью меня. Он не мог самопроизвольно проникнуть в моё тело — мешало моё «защитное поле», а без моего согласия он, видимо, ничего предпринять не мог.
Диана и Эльза стояли рядом, не находя слов, и с тревогой следили за происходящим. Я же застыл, будто статуя, не в силах решить, как поступить. С одной стороны, было ясно, что это могущество опасно, да и сам камень источал что-то первобытное, дикое. Но в то же время его зов будоражил кровь, обещал мне еще больше силы, с которой я мог бы противостоять любому врагу…
— Парень, очнись! — неожиданно рявкнул кто-то рядом.
Я вздрогнул и увидел, что Джек, шатаясь и с трудом приходя в себя, поднялся с пола. Он подошел к барной стойке, схватил оттуда ведёрко со льдом и, пошатываясь, вернулся ко мне. Вид у него был такой, будто он едва справлялся с болью и тошнотой.
— Ей, приятель… — пробормотал он, пытаясь улыбнуться, и поставил ведёрко у моих ног. Затем крышкой ловко смахнул камень с моей ладони прямо в металлический цилиндр и моментально закрыл, тяжело выдохнув.
Как по щелчку, я почувствовал, что гипнотическое влияние спало. Камень больше не жёг руку, и я смог нормально дышать.
— Вот это… я словил приход, — выдохнул я растерянно, пытаясь унять дрожь в кончиках пальцев.
Джек, тяжело дыша, сел на ближайший стул. Он прижимал ведёрко с камнем к груди, словно опасался, что камень может вырваться. Рука его заметно подрагивала, и лишь после нескольких секунд напряжённого молчания охотник смог выпустить из лёгких долгий вздох. Затем Джек вынул из кармана помятую пачку сигарет, держа её так, будто она была последней отдушиной в этом безумии. Зажав сигарету в губах, он прикурил и затянулся дымом, словно стараясь прогнать остатки кошмара.
— Не знаю, кто ты такой, парень, но спасибо. — Его голос звучал слабо, но в нём сквозила искренняя благодарность. — Ты спас мне не только жизнь, но и рассудок. Чувствую, ещё бы чуть-чуть… и этот проклятый камень окончательно свёл бы меня с ума.
Я покосился на Диану, которая стояла рядом, с волнением глядя на отца. От её лица словно отхлынула кровь, но в глазах уже теплилось облегчение.
— Не стоит благодарности, Джек. — Я устало кивнул, к ещё дымящемуся залу. — Хотя я сделал это не ради тебя лично, а ради Дианы. Ей нужна была помощь, она моя подруга, и я привык держать слово. Она попросила — я помог. Всё очень просто. А зовут меня, кстати, Брюс, бывший ученик Абрахама. Тоже охотник, как ты мог догадаться.
Я перевёл взгляд на поверженных врагов, лежащих вповалку: мощные охотники, возомнившие себя непобедимыми, теперь походили на бесчувственные куклы. Всё смешалось в этом разгромленном зале: обломки мебели, дым от перестрелки, остатки адреналина в воздухе.