Пока я шёл к своему домику по тропинке, взгляд невольно упал на ночное небо. Сегодня была полная луна. Она висела низко и казалась особенно яркой. Может, именно поэтому я чувствовал себя чуть бодрее, чем обычно ночью? Солнце, конечно, мой главный источник сил, но ведь мы видим луну только потому, что она отражает солнечные лучи, которые попадают на Землю. Логично, что и от неё я могу получать хотя бы мизерную часть энергии.
Спохватившись, что начинаю вдаваться в очередные научные выкладки, я тряхнул головой, стараясь отогнать смешные аналогии с «криптонцами» и прочими сверхсилами. Вернувшись в реальность, я вошёл в домик и обнаружил, что ребята уже спят. В комнате царила приятная тишина, лишь где-то в дальнем углу что-то поскрипывало, да и то, скорее всего, из-за резкого движения кого-то из соседей.
Сегодня днём начались первые турниры по футболу и лёгкой атлетике, и, похоже, наши «спортсмены» выложились на все сто. Даже мой друг Итан, обычно энергичный до ночи, к этому времени выглядел выжатым как лимон и свалился спать без задних ног.
Я аккуратно положил полотенце на спинку стула и осмотрелся. Полумрак, тихое сопение с разных сторон, знакомые дощатые стены, пропитанные запахом влажной древесины… Я улёгся на свою кровать и почувствовал, как сон начинает подкрадываться и ко мне. Но в отличие от остальных, меня не так-то легко вымотать дневными играми. Я закрыл глаза и позволил мыслям ещё немного поблуждать между воспоминаниями и планами на будущее.
Так закончился мой день: в полусонном состоянии, с головой, полной странных идей о том, что мне стоит предпринять, чтобы эта жизнь не стала слишком предсказуемой и скучной.
И всё-таки где-то глубоко внутри я ощущал, что это лето может преподнести свой сюрприз
*****
Я вдруг проснулся от затяжного волчьего воя, доносящегося откуда-то издалека. Странно… раньше таких звуков здесь точно не было слышно. Приподнявшись на локтях, я на несколько секунд затаил дыхание и прислушался. Волки? Но что-то в этом вое настораживало: он звучал пугающе низко и мощно, не напоминал обычное волчье завывание.
Чтобы развеять сомнения, я закрыл глаза и обострил слух, используя все преимущества своих способностей. Постепенно в голове стала вырисовываться тихая панорама ночного леса: я словно «видел» каждую поваленное дерево, чувствовал, как подрагивает под лёгким ветром трава на окраине лагеря в нескольких километрах отсюда. С каждой секундой мне всё яснее становилось, что это, скорее всего, не волки. Их дыхание было слишком громким и прерывистым для обычных волков, а движения — излишне осознанными и чёткими. Казалось, они не просто бегали, а выслеживали добычу, окружая её полукольцом. Возможно, там затесался кто-то из людей, не подозревающий, как близко он подошёл к смертельной опасности.
Все это заставило меня вспомнить уроки Абрахама, в которых он описывал самых разных существ ночи — тех, о чьём существовании обычные люди даже не подозревают. В памяти всплыл и разговор о проклятие ликантропии, которой заражаются люди, превращаясь при этом в ужасных монстров. Судя по услышанному, я столкнулся именно с этим: оборотни, измененные проклятием, так что человеческие черты в них почти стёрты.
Напряжение внутри меня нарастало с каждой секундой. Я снова сконцентрировался, стараясь «увидеть» то, что происходило в лесу: похоже, эти твари двигались кругом, словно выслеживали цель. И что самое неприятное — в зоне их внимания находился кто-то, кто, похоже, не догадывался об опасности. В этом месте лагерь граничил с лесной опушкой, и какой-нибудь случайный отдыхающий (или подросток, сбежавший тайком прогуляться в ночи) мог угодить прямо в лапы тварей.
Открыв глаза, я почувствовал, что медлить нельзя.
Убедившись, что в моём домике все спят и никто не заметит моего исчезновения, я натянул одни штаны и мигом выскользнул наружу. Набрав скорость, в считаные доли секунды достиг опушки, стараясь держаться в тени деревьев. То, что предстало передо мной, с одной стороны, соответствовало ожиданиям, а с другой — заставило сердце изумиться.
На поляне я увидел двух громадных оборотней. Их внешний вид оправдывал все мрачные легенды, что я слышал от Абрахама. Мерзкая, клочковатая шерсть, острые клыки, из пасти сочится густая слюна, а глаза горят красным пламенем. От них разило затхлой гнилью, словно их собственные тела медленно разлагалась изнутри. И эти двое двигались вокруг девушки лет шестнадцати, по виду — обычной подростк в короткой пижаме. Однако она ничуть не выглядела беспомощной. Несмотря на невысокий рост, в её осанке читались уверенность и сила. Тёмные волосы ниспадали на плечи, бледную кожу оттенял лунный свет, а в глазах застыла странная сосредоточенность. Казалось, страх она не испытывала вовсе — или умело это скрывала.