Хендерсон попробовал сблизиться с Эмиром Али Таши и пообщаться хотя бы с ним, но турецкий полковник постоянно был занят и только извинялся за то, что не может уделить программисту должного внимания. А вечером того же дня, когда Хендерсон прибыл на базу, куда-то уехал и турок. Люк остался и вовсе один среди чужих, малоприятных ему людей. Правда, все обращались с ним вежливо и приветливо, а местный повар, стараясь ему угодить, спрашивал, что приготовить на ужин для важного гостя… Но это не утешало, а только еще больше удручало Хендерсона.
Чтобы хоть как-то отвлечься, Люк уходил в свою палатку и открывал лэптоп, в который была встроена программа «Хамелеона». Он не активировал ее, а просто смотрел на пустой экран, воображая, как он отдаст команду программе и «Хамелеон» тотчас же проснется.
Опасаясь ливийских и турецких шпионов и просто любопытных глаз, Хендерсон с самого своего появления на базе не расставался с секретным чемоданчиком. Он постоянно носил его с собой. Даже когда выходил из своей палатки в казарменную столовую, по нужде или прогуляться, он всегда пристегивал его к руке наручником. На него, прогуливающегося с таким довеском, оглядывались ливийские солдаты. И даже турецкие офицеры, глядя на него, перешептывались и снисходительно улыбались.
Но Хендерсону было наплевать и на взгляды, и на перешептывания, и на улыбки. Он не хотел, чтобы его детище попало в руки турецкой разведки или, что еще хуже, в руки ливийских шпионов. Те сразу же передали бы этот драгоценный лэптоп русским. Непременно передали бы — в этом Хендерсон отчего-то был непоколебимо уверен.
— Сэр.
Хендерсон, который сидел в своей палатке и в очередной раз задумчиво смотрел на пустой и темный экран ноутбука, вздрогнул. Кто-то нерешительно позвал его у входа. Выглянув, он увидел араба, которого видел на кухне. Хендерсон уже знал, что его зовут Джунаид, живет он в соседней деревушке и приходит помогать местному повару по хозяйству.
— Я принес вам фиников и холодной воды. Ночи у нас душные, — сказал на ужасно ломаном английском мужчина и протянул Хендерсону бутылку с водой и чашку с финиками.
Люк растерянно и с некоторой настороженностью принял от араба воду и, поколебавшись, взял финики.
— Откуда ты узнал, что меня поселили в этой палатке? — с подозрением спросил он.
— Меня послал к вам Ансам, наш повар, — ответил тот, смутившись. — А где вы живете, мне показал один из офицеров, — поклонился Джунаид.
— Передай повару спасибо от моего имени, — немного подумав, сказал Хендерсон, все еще не сводя с мужчины подозрительного взгляда.
Тот, потоптавшись немного, словно ожидая от Хендерсона еще чего-то, повернулся и пошел прочь, вскоре растворившись в темноте.
— Эй, — окликнул мужчину Хендерсон. — Как там тебя — Джунаид!
Мужчина вернулся и застыл на месте, выжидательно глядя на американца.
— Ты давно работаешь на кухне? — спросил Хендерсон.
— Да, сайеди, — уважительно ответил Джунаид. — Уже два года. У нас в селе нет работы, и многие мужчины уходят на заработки в города. Мне повезло. Я нашел работу рядом с домом.
— И много тебе платят?
Хендерсон был рад немного отвлечься от мыслей и хоть с кем-то поговорить. За весь долгий день ему удалось перекинуться только несколькими словами с местным поваром и с Таши, пока тот не уехал.
— Нет, сайеди, немного, — ответил мужчина на вопрос. — Но это лучше, чем ничего. У меня только один сын, а жена умерла. Нам с Камалем хватает и того, что мне платят.
— А хозяйство у тебя есть? — продолжал спрашивать Хендерсон, которому не хотелось оставаться одному в этот темный и душный вечерний час.
— Есть, сайеди. У меня куры и овца с барашком. Была коза, но она сдохла. Кормить стало нечем, — охотно ответил Джунаид.
— Постой тут, — сказал Хендерсон и скрылся в палатке, а когда вернулся, то протянул мужчине пятидолларовую банкноту. — Возьми.
Джунаид удивленно посмотрел на Хендерсона и нерешительно взял деньги. По всей видимости, он сомневался в том, что американец был щедр к нему, пожалев его сдохшую козу и сожалея о небольшом заработке Джунаида. Хендерсон, словно прочитав его безрадостные мысли, усмехнулся и сказал:
— Принеси мне завтра бутылку виски и бутылку содовой. Можно достать у вас в этом аду приличное виски?
— Да, сайеди, хорошее виски найти можно. Но спиртное у нас запрещено законом и карается по законам шариата. Поэтому его можно купить только у особых людей и за большие деньги. — Джунаид интонацией выделил последнюю фразу. — И мне надо будет отпрашиваться с работы и ехать за ним в Хун. Попросите кого-нибудь другого. — Мужчина протянул деньги обратно Хендерсону.
— Отпросись. Я дам тебе еще пять долларов, когда принесешь мне все, что я тебя просил. Хватит тебе, чтобы компенсировать отсутствие одного дня на работе?
— Да, сайеди, конечно хватит, — кивнул Джунаид.
— Ну и иди тогда, — махнул рукой куда-то в ночь Хендерсон и, больше не говоря ни слова, скрылся в палатке.
