— Надеюсь, теперь вы поняли, что я не шучу. Любой, кто нарушит закон, будет уничтожен. Мы с моим слугой не один раз доказывали, что хотим для Тэронии лучшей жизни. И, если вы хотите того же, нам нужно двигаться вместе, как единое целое. Среди нас не должно быть предателей, воров, насильников и убийц. Я готов вести вас за собой, но только с тем условием, чтобы вы внимательно следили за своим личным составом. По пути процветания со мной пойдут лишь те, у кого есть понятие о доблести, верности и чести. А кто не с нами, тот против нас. Этот человек (он кивком указал на тело Коприя) мне омерзителен. И я от души надеюсь, что вы со мной в этом солидарны. Ради памяти Эрамоса Справедливого.
Алексия готова была подписаться под каждым словом возлюбленного. И, хотя от его интонации по телу бежали мурашки, она от этого только сильнее его любила. Во время этого монолога девушка неотрывно смотрела на своего принца, понимая, что пойдет за ним даже на край света. Удастся им отвоевать трон или нет — уже неважно. Филиандер уже царил в ее сердце.
— Ты прекрасно держалась, — заметила Фейдра, когда девушки вернулись в шатер. — Прямо как настоящая королева.
— Издеваешься? — хмыкнула ее подруга.
— И в мыслях не было, — удивилась сестра принца. — Ведь в чем главная задача истиной королевы? Быть верной помощницей и любящей женой короля. Обнимать, когда ему плохо; успокаивать, когда он злится; дарить свою любовь, когда он в этом нуждается; поддерживать, когда он принимает сложные решения. А во время таких вот монологов обязанность королевы — смотреть на своего супруга влюбленными глазами. Ты именно это и делала.
Тогда только до Алексии дошло, что она уже исполняла обязанности любящей супруги своего короля. Раньше все эти объятия, слова утешения и прочее казалось ей простыми проявлениями заботы невесты о женихе. Но теперь девушка вспомнила, что об обязанностях королевы ей рассказывала Адельфа. Она, по поручению Капанеуса Сурового, обучала принцессу правильно себя вести. Ведь они оба прекрасно понимали, что однажды принцесса станет чьей-то женой. Мог ли тогда кто-нибудь представить, что она возьмет — и банально сбежит со своим любимым?
— Да, ты права, — согласилась с подругой Алексия. — Как думаешь, это хорошо?
— Это очень хорошо! — рассмеялась Фейдра. — И теперь я совершенно точно знаю, что спокойствие моего брата находится в надежных руках.
Следующие несколько дней прошли без особых сюрпризов. По вечерам Филиандер рассказывал о тренировках, радовался мощи их армии и высказывал тревогу о здоровье Майрона. Хоть лекари и твердили, что скоро позволят парню покинуть лазарет, его хозяин все равно тревожился, как бы рана не открылась во время битвы, не оказалась серьезнее, чем все думали, или не повлияла на боевые навыки юноши. Конечно, такая тревога была вполне нормальной. Ведь этот парень был для принца не просто слугой. В общем, за эти дни Алексия видела своего парня только по вечерам. Но вот, однажды утром он заглянул к сестре и невесте и объявил:
— Колиджению отправляют. Хотите попрощаться?
Обе девушки, закончив завтрак, посреди которого их застало известие, вышли из палатки и направились к выходу из лагеря повстанцев. Конечно, теперь, когда здесь сосредоточились все силы, границы его немного расширились, поэтому идти пришлось чуть дольше, чем раньше. Возле раскидистого дуба стояла небольшая повозка. На козлах восседал Эйсон, а вокруг собрались Нестор, Зенон и еще двое парней верхом на лошадях. В саму же повозку была запряжена изящная дымчатая кобыла. Неподалеку от этой процессии стоял Филиандер в сопровождении Пирроса и выздоравливающего Майрона. Принц иногда бросал на своего друга встревоженные взгляды, но тот стоял на ногах твердо и ни на что не опирался. Девушки подошли ближе. Алексии, конечно, не хотелось снова встречаться с Колидженией, но ведь она должна была присутствовать. Не как будущая королева, а как любящая невеста. Она должна была держать своего избранника за руку и поддерживать, как делала это, когда он принимал это сложное решение.
— Как твоя рана, Майрон? — спросила девушка у слуги.
— Прекрасно, спасибо, — похвастался тот. — Лекари только что меня отпустили. Сегодня я уже приступлю к трениров…
— Не приступишь! — сердито оборвал его хозяин. — Думаешь, я не знаю, что ты попросил отпустить тебя именно сегодня?!
— Они и так собирались это сделать в ближайшие дни. Кроме того, не мог же я пропустить такое представление!
Филиандер улыбнулся и возвел глаза к небу. Да и не было похоже, что он и раньше злился на Майрона. Хоть брови его и сходились на переносице, глаза смотрели с теплотой. Все-таки странная штука — мужская дружба. Но об этом думать принцессе было уже некогда. Она просто взяла Филиандера за руку, давая почувствовать свое присутствие. Тот нежно сжал ее пальцы, а потом окликнул Нестора. Тот немедленно спешился и подошел.
— Ты уверен, что вы справитесь? — спросил принц. — Может, с вами отправить еще кого-нибудь?
