А потому генерал собирался послушать, что сегодня ему скажет юный император, и какую выгоду он сможет для себя с этого разговора поиметь. Возможно, удастся выведать важную информацию, которую Константин Валентинович потом передаст куда нужно, чтобы повысить свои позиции. Ведь сейчас против Дмитрия Романова формируется новая коалиция, и Уваров, как один из военных, косвенно будет к ней причастен.
С самим императором Константин Валентинович не собирался вести какие-либо переговоры и повышать свои позиции, генерал считал, что на троне Дмитрий надолго не задержится. А потому подобные беседы — лишь пустая трата времени и сил.
Но и обострять конфликт с императором Константин Валентинович не собирался. Как никак дома находятся его жена и дети. И если супругу не жалко — с его статусом он без проблем найдет себе новую жену, то детей он любил… по-своему. Константин Валентинович был довольно жестоким человеком и наследников растил в строгости.
Ясно было одно — нельзя допускать в этом доме никаких боевых действий.
— Муж мой, император прибыл, — сообщила супруга, зашедшая в кабинет графа Уварова.
Голос ее звучал устало, но Константина Валентиновича мало интересовало ее состояние.
— Проводи его в гостиную и сообщи, что я еще занят, — сухо приказал Уваров.
— Но ты ничем не занят, — робко возразила Анастасия Уварова, устремив глаза в пол.
— Я пью бренди, это очень важное занятие, — хмыкнул Константин Валентинович. — Через тридцать пять минут ожидания я к нему выйду.
— Но…
— Если сама не можешь сообщить, отправь слугу, — голос генерала стал строже.
— Это будет явный перебор, муж мой.
— Неважно, — отмахнулся Уваров.
Ему было искренне все равно, какое впечатление о нем сложится у нового императора.
— Я бы на твоем месте так не поступала, — дрожащим голосом продолжила супруга.
— Хорошо, что ты не на моем месте, — ответил Константин Валентинович и отпил из стакана бренди.
В его доме женщина должна подчиняться. И Анастасия знает, что будет, если ослушаться, а потому она покорно кивнула и отправилась выполнять поручение мужа.
Сижу в гостинной и смотрю, как догорают поленья в камине. На моем лице улыбка, но Алина этого настроения не понимает:
— Господин! Давайте я притащу сюда этого генерала через тень! — эмоционально предлагает она. — Мы слишком долго его ждем!
Ее злит ожидание. Будь ее воля, она бы этого генерала уже прибила за подобное неуважение к своему императору. Я же предпочитал действовать иначе.
— А ты жестокая, — с усмешкой говорю я.
— Может, вы ему счет за ожидание хоть выставите? Время императора дорого стоит! — Алина продолжает возмущаться сложившейся ситуации.
Я улыбаюсь и отвечаю:
— Заплатить Уварову придется, но счет я ему не стану выставлять.
— Но почему?
— У меня в голове есть несколько сценариев событий этой встречи, и только один будет для графа Уварова достаточно приемлемым. Три варианта будут для Константина Валентиновича плачевными, а один и вовсе катастрофический.
— А в чем его катастрофичность?
— Если Константин Валентинович попытается меня устранить, то он об этом горько пожалеет, — почти прямо ответил я.
Однако если меня снова попытаются отравить, хотя мое тело полностью невосприимчиво к ядам, то в этот раз я подключу свои актерские способности и разыграю отравление. Уверен, если подобное случится, то и яд подберут мощный, чтобы действовать наверняка.
После такого у меня появится повод для репрессий для других генералов. Ведь еще западная и северная части не горят желанием подчиняться новому императору. И к ним тоже придется найти особый подход.
Мои мысли прервал граф Уваров, который наконец удосужился явиться на встречу.
— Добрый вечер, Ваше Императорское Величество, — слегка склонил голову он и присел на диван, стоявший напротив меня.
— Здравствуйте, Ваша Светлость, — с улыбкой ответил я.
— Позвольте поинтересоваться о цели вашего визита. Я не до конца понимаю, чем привлек ваше внимание до такой степени, что вы приехали ко мне домой. Я бы мог и сам явиться во дворец.
Граф говорил четко по делу, а на его лице практически не отражалось эмоций. Он, как опытный военный и политик, умел хорошо себя держать в руках.
— Я отправлял вам приглашения, и не раз, — напомнил я.
— К сожалению, у меня были дела в части. С радостью бы посетил вас, но никак не мог оставить дела, — граф добавил в свой голос нотки печали.
— Дела не заканчиваются вторую неделю? — поинтересовался я, вскинув бровь.
— В империи развелось много лодырей. К сожалению вам этого не понять, Дмитрий Алексеевич.
Генерал говорил со мной свысока… Эх, если бы он знал, сколько дел с армией я имел в различных мирах, он бы ужаснулся. Причем мне доводилось командовать, как современной армией, так и той, что была вооружена луками, стрелами, копьями и магией.
