Зато на моём столе сидела Вафелька и элегантно мыла свою лапку.
Я сел в кресло, намереваясь разобрать документы. Но в итоге за последующие полчаса так ничего не сделал. Хотя всё равно остался доволен.
У меня в запасе находился очень слабый дар света. Я вывел его к указательному пальцу и использовал, чтобы сделать нечто напоминающее солнечный зайчик. За ним и стала бегать Вафелька по всему кабинету.
Как только я отвлекал её игрой и садился за документы, кошка тут же возвращалась на шуршание бумаг. Вот вместо работы я и поиграл с кошкой! Казалось бы, это такая глупость… Но императоры тоже люди, и нам иногда нужно отвлекаться на что-то. Мы не роботы и не можем вечно выполнять чётко поставленную задачу, хотя иногда мне очень этого хочется.
Взяв кошку на руки, я переместился на диван и принялся размышлять о предстоящем задании с Кутузовым. Все-таки планы намечались очень интересные.
Император Германской империи только что закончил разговор с герцогом фон Цальмом. Он пытался объяснить правителю Австрийской империи, что Дмитрий Романов разыграл их обоих и превратил в заклятых врагов.
В итоге Германия и Австрия сейчас сражались между собой, а у Российской империи все фронты заморожены. Для Дмитрия Романова всё выходит как нельзя хорошо!
Захваченный имперцами город был обесточен, в нём не осталось ничего. Больше никаких действующих производств. Имперцы вынесли всё ценное и даже больше. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг не понимал, зачем им понадобились документы из старых архивов. Всё равно существовали цифровые копии.
Но зная Дмитрия Романова, он уже подозревал, что за этим кроется какой-то план. Поэтому велел аналитикам просчитать все варианты от и до.
Сейчас Германия окончательно застряла в войне с Австрией. Уже не могло быть и речи о нападении на Российскую империю. Вильгельму Адальберту фон Гогенбергу приходилось снимать своих людей с резервов, рассчитанных как раз на войну с имперцами. Ресурсы переправлялись в другое русло, и теперь их не хватало на два фронта.
Это крайне расстраивало Вильгельма Адальберта, однако поступить иначе он не мог. Иначе часть Германской империи вскоре перейдёт под власть австрийского правителя. А этого допускать нельзя!
Вильгельм Адальберт фон Гогенберг уже несколько раз пытался объяснить фон Цальму, что всё это подстава, что их намеренно стравили. Но тот упорно не верил, утверждая, что германцы обстреляли его дворец из танков, и простить этого он никогда не сможет. Тон, с которым это было сказано, заставлял поверить в искренность его слов.
Император Германской империи не понимал, как вообще могло произойти подобное. Где именно он просчитался?
Но теперь выбора у него не оставалось. Нужно было нанести Австрийской империи серьёзный удар. Заставить её проиграть в большом сражении, а затем можно будет снова сесть за стол переговоров. Возможно, тогда фон Цальм остынет и поумнеет, чтобы наконец увидеть то, что происходит на самом деле.
Я стоял на борту одного из наших новых кораблей, совсем недавно спущенных на воду. Вместе со мной на главной палубе находились тени и Кутузов со своей гвардией. Лица бойцов выражали полную готовность к предстоящему заданию.
— Открываю портал, — сообщил я и поднял руку.
В пятистах метрах от нас открылся огромный портал. Прямо на воде.
Он высосал из меня прорву энергии, на лбу выступили капли пота. После такого понадобится подпитка от Кодекса Первого Императора. Надеюсь, в ближайший час мне не придётся открывать еще один портал, иначе я прямо здесь свалюсь с ног.
Все капитаны были проинструктированы заранее, поэтому четыре имперских корабля незамедлительно заплыли в портал.
Мы оказались недалеко от нашей цели. Около портового военного городка, расположенного на одном из островов Японии.
Уже царила глубокая ночь, и только лунный свет освещал нам дорогу. Мы заглушили двигатели, выключили свет. Сделали всё, чтобы пройти незамеченными под покровом ночи.
Движением кораблей руководил Кутузов. Теперь его магии хватало, чтобы легко создавать подводные течения и направлять корабли к цели. С таким Одарённым никакой двигатель не нужен!
Корабли остановились на необходимом расстоянии от города, и тогда я скомандовал вести огонь.
Снарядов у нас было достаточно, и мы начали отрабатывать по важным производствам, артефактным мастерским, пороховым заводам. Разгромили всю ветвь и арсеналы.
Нас очень быстро заметили и сразу открыли ответный огонь. Кутузов тут же окружил наши корабли огромными водонепроницаемыми куполами. Со стороны это наверняка выглядело чем-то невероятным. Одарённых, способных на такое, в этом мире можно по пальцам пересчитать.
Все прилетающие снаряды разбивались о барьеры Кутузова. Чем сильнее был удар, тем больше доставалось Святозару, который брал всё на себя.
Однако он не жаловался.
— Помощь нужна? — спросил я.
— Нет, Ваше Императорское Величество, — твёрдо ответил он. — Справлюсь. Просто мне не нравится, как эти атаки отдают по вискам. Нужно привыкнуть и абстрагироваться.
