— Так я уже, — хмыкнул я, не реагируя на её крючок. — Вы с внучкой в безопасности. С французами я договорюсь о возврате вас на родину с иммунитетом, а уж про ваше оживление и упоминать не будем. Стоимость камешков на вашем саркофаге может переплюнуть годовой бюджет небольшой страны.
— Что, неужто тоже бесплодный? — вытаращилась на меня пока ещё пустыми глазницами мадам Легат. — А как род продлевать будешь? Тоже братья-сёстры будут отдуваться?
— Нет, с этим у меня всё в порядке. Просто не вижу смысла в подобных династических союзах, — пожал я плечами.
— Это не тебе решать! Наша кровь должна смешаться!
— С какой целью?
— Вашему потомку суждено управлять армией живых и мёртвых.
— Вот даже не знаю, сразу вас разочаровать или попозже, — хмыкнул я, скрестив руки на груди и глядя на Легата с лёгкой усмешкой. — Но соседство столь разновекторных магий никогда не будет равным. Где-то в чём-то да урежется одна из них. И вы не угадаете, которая.
Легат, сидящая на краю собственного саркофага и всё ещё получающая подпитку, слегка наклонила голову, её пустые глазницы, казалось, изучали меня с холодным любопытством.
— Госпожа Смерть сможет поспособствовать… — попробовала возразить она, но я остановил её насмешливым взглядом.
— Госпожа Легат, — перебил я, слегка наклонившись вперёд, — насколько осведомлена ваша внучка в вашей семейной миссии?
Легат замерла на мгновение, её костяные пальцы сжались на каменном бортике саркофага.
— Не в полной мере, — наконец ответила она, её голос звучал сухо и без эмоций. — Некоторые вещи ей знать не по чину.
— Тогда нам стоит поговорить, как вы, французы, говорите, тет-а-тет, — предложил я, делая акцент на последних словах.
Магичка смерти медленно встала с края саркофага, при этом не разрывая контакта с ним. Её движения всё ещё были скованными и дёрганными, но в них чувствовалась скрытая мощь. Она указала рукой внутрь саркофага:
— Прошу в мои покои.
Я с любопытством заглянул внутрь саркофага. Там зиял провал в темноту с уходящими в него каменными ступенями.
— Хм… Удобно! Дом на колёсах, — пробормотал я, ощущая лёгкое восхищение. — Вот почему он столько энергии жрёт. Не в поддержании жизни дело, здесь ещё и пространственная магия замешана.
Я последовал примеру Легата и принялся спускаться вниз. Стоило пересечь границу клубящейся тьмы, как за ней меня встречала весьма милая гостиная с закопчённым очагом и добротной деревянной мебелью. Чем-то мне эта комната напомнила крестьянскую избу, с одним лишь отличием — едой не пахло. Всё было чистенько и уютненько: дорожки, подушки, посуда, покрытая слоем пыли, да различные книги с артефактами на отдельно отведённых полках.
— Очень мило и без изысков, — прокомментировал я, оглядываясь вокруг.
— Здесь нас не потревожат. Здесь мы вне пространства, но, увы, не вне времени, — ответила Легат и уселась в кресло у погасшего очага. Её голос звучал спокойно, но с ноткой сожаления.
— Иначе вы смогли бы здесь переждать правление Гиббона, — предположил я, садясь в кресло напротив неё.
— Верно. Как и всякие личи, мы с внучкой испытываем зверский голод вдали от места нашей силы, — пояснила Легат, её костяные пальцы сложились в замок. — Двух десятков лет на диете хватило, чтобы я превратилась вот в это…
— Ваша внучка вполне успешно кормилась, что же вам мешало? — спросил я, чувствуя, как в голове начинают складываться кусочки пазла.
— А вы мои аппетиты представляете? — её голос внезапно стал резким, как удар кинжала. — Я мор устраивать ради пропитания не намерена.
— А что же вы с Гиббоном не поделили, что уезжать пришлось? — продолжил я, стараясь не показывать своего интереса.
Легат вздохнула, её пустые глазницы, казалось, смотрели куда-то вдаль, в прошлое.
— У нас со всеми монаршими родами был уговор: мы не лезем в их дела, они не лезут в наши. Обезьянка решила, что глупо выпускать из рук такой ресурс, и стала засылать в катакомбы магов смерти в попытках получить контроль хотя бы над частью армии. Мы раз упокоили добровольцев, второй, третий… А после пришли на разговор. Разговор не задался. Подробностей не будет.
— Простите, а отчего вы его просто не убили? — не удержался я от вопроса. — Пополнили бы армию ещё одним солдатом, к тому же высокоранговым.
— Запрет Госпожи, — её голос стал тише, почти шёпотом. — Догадываешься, откуда пошла поговорка «Кесарю кесарево, а богу божье»? Кто бы ни был при власти, мы не имеем права их убивать, чтобы не появился соблазн самим усадить седалище на трон. Перед нами поставлены совершенно иные задачи, а потому…
Легат развела руками, её движения были медленными, но выразительными.
— Допустим, — не стал я лезть в чужие тайны, — но я вам в вашей цели создания идеального Легата не помощник.
— За вами должок! — её голос внезапно стал твёрдым, как сталь.
— Ну, во-первых, я вам не бычок-осеменитель, а во-вторых, помните начало нашего разговора? Соседство столь разновекторных магий никогда не будет равным.
— Почему же? — её голос звучал почти вызывающе. — Даже огонь и вода в состоянии ужиться в одном человеке, что уж говорить про магию смерти и магию крови.
