— Мне посоветовал сообщить об этом инциденте адамантий, — ответил я, чувствуя, как симбионт внутри меня слегка шевелится, подтверждая мои слова.
Легат замерла, её взгляд стал ещё более пронзительным. Она явно не ожидала такого ответа. Но прежде, чем она успела что-то сказать, зелёный огонь за троном вспыхнул ярче, и из него вышло существо в белоснежном балахоне. Его лицо было скрыто капюшоном, но я почувствовал оценивающий, изучающий взгляд.
— Остановитесь, — голос существа был тихим, но в нём чувствовалась такая сила, что даже Легат опустила посох. Когда она обернулась к существу, её глаза горели смесью ярости и недоумения.
— Но, Госпожа… — начала она, но существо подняло руку, прерывая её.
— В тебе всё ещё слишком много человеческого, — с сожалением произнесло существо, его голос звучал как шёпот ветра. — Даже в нём меньше… — указала она на меня с толикой удивления.
«Вот спасибо за характеристику», — мысленно хмыкнул я, но воздержался от замечаний.
— Откуда ты? Кому поклоняешься? — обратилось существо ко мне.
— Матери Великой Крови, — я сменил ипостась на человеческую. — Родом же… душа — из аспидов, тело — из Занзара-Комариных.
— Аспиды… Аспиды… что-то знакомое…
— Мать Великая Кровь выкупила мою жизнь у вас. Там меня звали Трай. Я умирал на развалинах сиротского приюта, — не постеснялся я напомнить обстоятельства из своей прошлой жизни.
— Ах да! Припоминаю… Мальчишка, кем Кровь хотела уладить собственные проблемы. Судя по тому, что твоя душа здесь, ей это не удалось…
В голосе существа звучала грусть.
— Напротив, — не стал скрывать я правду. — Защита мира восстановлена. Вторжение техносов мы отбили. Мир оживает.
— Если бы всё было так просто… — печально ответило существо. — Отвоевать мир — не значит его заполучить. Если результата не будет, его передадут следующему покровителю.
— Какого результата? Какому покровителю? Мать Великая Кровь потеряет доступ к миру? — вопросы сыпались из меня горохом, но отвечать на них не спешили.
— Это не твоя забота, — вздохнуло существо. — Передавай благодарность адамантию за информацию. Я знаю, как ей распорядиться.
— Стойте, — попытался я вновь вернуть разговор к интересующей меня теме. — Сколько у нас времени до вторжения техносов? Или до смены власти.
— Здесь тысяч десять осталось… А у вас… Тысяча или меньше… Какая разница, всё равно проект был заведомо провальный.
Слышать такое от высшей сущности было, мягко говоря, непривычно. Даже тот же засранец Кречет, плетущий интриги и гонящийся за силой, и тот собирался бороться до последнего и собирал коалицию против иномирных вторженцев. Здесь же…
— Зачем же вы тогда создавали легионы, если изначально не верили в победу? — вырвалось у меня нечто среднее между порицанием и вопросом.
— Затем, что уходить нужно красиво.
— Рано сдаётесь! — покачал я головой. — Бороться нужно до смерти и даже после. Уж я-то вашими стараниями знаю.
— Один уже доборолся до смерти и даже после, — хмыкнуло существо. — Теперь вот приветы передаёт с попутными драконами. Мы себе такой судьбы не хотим.
Спорить со Смертью было чревато, потому собственные мысли я оставил при себе. Тишину нарушил голос Легата:
— Что нам прикажете, Госпожа?
Существо медленно подняло руку, и зелёный огонь за троном вспыхнул ещё ярче.
— Готовьте легионы к войне, — произнесло оно. — Если меня не услышат, то вторжение может начаться в любой момент.
Смерть ушла. Хотя я бы ещё несколько раз подумал, прежде чем причислять это существо к женскому роду. В её облике было что-то настолько внеземное, что пол казался лишь условностью, придуманной людьми для удобства.
«И верно сделал бы, — отреагировал на мои мысли адамантий. — Создание сие глубоко философски относится к подобным мелочам, как определение пола. Потому в разных вариациях религий кому-то является в женском облике, кому-то в мужском. А кому-то и вовсе не является. Для Смерти пол — это всего лишь маска, которую она надевает в зависимости от того, какую роль ей нужно сыграть в данный момент».
«Я почему-то думал, что она меня вспомнит, — задумался я. — И Кровь, и Комаро говорили, что на мне стояла её печать. Я ведь был отмечен ею, разве нет?»
