Снеговик слышал ее мысли и не обижался. Во-первых, он не умел обижаться. А во-вторых, упреки Мяукалы были во многом справедливы. Он осознавал, что Кодекс не справляется с ситуацией. Уже лет двести не справляется. Из-за этого коэффициент полезного действия Снеговика становится с каждым годом все меньше и приближается к нулю. Если ему иногда и удавалось предотвращать несчастия, то причиной тому была скорее счастливая случайность, чем его сверхспособность. Убеждать людей становилось все сложнее и сложнее. Наука убила в них веру в чудеса. Снеговик мог бы их спасти, но его не слышали, а Слышащих не слушали…
В 1801 году в Северной Америке индейцы под Новый год вырезали целый форт. Девочка Лидия пыталась убедить капитана, чтобы он принял меры, но тот только посмеялся в ответ на ее просьбы. Он был уверен, что стены его форта неприступны. В 1845 году в Австрии снежной лавиной накрыло небольшой городок в Альпах. Слышащим был четырехлетний мальчик. Ему, естественно, никто не поверил, и все жители погибли. В 1873 году в северной Англии два мошенника под видом бродячих монахов посетили маленькую деревню и нехитрыми махинациями лишили жилья и имущества всех ее жителей. Несчастье можно было предотвратить, если бы жители вовремя выгнали лже-монахов, но никто не поверил маленькому Самуэлю. В 1909 году в Аргентине обрушилась кровля церкви прямо во время служения рождественской мессы. Погибло триста пять человек. Их можно было спасти, но Снеговик так и не смог убедить Слышащего в том, что тот не сошел с ума. Впрочем, в Аргентине сразу все не заладилось. Там даже вороны ему не верили и гадили на голову…
Таких случаев в его жизни было много, и во многих из них жертвы исчислялись сотнями, а ущерб миллионами. Каждый из этих случаев Снеговик записывал себе в поражение, хотя, если следовать Кодексу, их нужно было записывать в издержки профессии. Кодекс так и говорил: «Не бойся результата, но бойся бездействия».
«А, может быть я просто устал, – вкралась ему в голову преступная мысль, но он тут же отверг ее. – Нет, нет. Я совсем не устал. Мы что-нибудь обязательно придумаем»…
Анюта внимательно следила за временем. Без пятнадцати восемь она уселась перед телевизором.
Как это не удивительно, но ей до сих пор почти не пришлось сожалеть о том, что она находится на проклятой даче, а не в веселом городе. Весь этот день пролетел в чередовании веселейших и любопытнейших событий. Сначала был Снеговик, потом она долго каталась на сделанной папой горке. Папа тоже несколько раз съехал, смешно задрав кверху ноги, и Анюта надрывно хохотала. Потом они хотели пойти кататься на лыжах, но мама запротестовала.
– Ты обещала поиграть на скрипке.
– Я поиграла утром, – упорно сопротивлялась Анюта.
– Ты только полчаса поиграла. А надо два.
– Завтра поиграю.
– Завтра само собой. А сегодняшнюю норму ты должна выполнить.
Пришлось поиграть еще полчаса. Потом Анюта попила чаю, мельком посмотрела мультики, вступила в новую перепалку с мамой и все же поиграла еще полчаса.
– Все, – сказала Анюта и отложила скрипку. – Я устала.
Время близилось к восьми. Ни о каких лыжах уже, естественно, не могло быть и речи. Анюта включила телевизор.
– Учти. Тебе еще полчаса надо поиграть.
– Мам!
– Не мамкай.
Начались новости.
– Главная новость дня, – сразу объявил диктор голосом, который обычно предвещает террористические акты или падения самолетов. – Волна цунами обрушилась на Индонезию.
Анюта окаменела, широко раскрыв глаза.
Мама возилась на кухне. Папа что-то прибивал на втором этаже. Никому не было дела до страшной трагедии.
– Катастрофа случилась в семнадцать часов тридцать три минуты по московскому времени (изображение разрушений с вертолетной высоты, толпы несчастных беженцев). – Цунами было вызвано подводным землетрясением, эпицентр которого находился в двухстах километрах от побережья. По оценке специалистов число жертв – не менее трех тысяч человек.
– Пять тысяч, – поправила диктора девочка. – Мама! Неужели тебе не интересно?! Пять тысяч погибших! Он же знал об этом еще в обед!
– Кто знал?
Анюта чуть не выпалила: «Снеговик», но вовремя сжала губы. Ей было досадно, что о Снеговике нельзя никому рассказать. Девочка показательно выключила телевизор и пошла на второй этаж, специально с шумом впечатывая свои шаги в деревянные ступеньки, чтобы еще больше обозначить свою досаду на родителей и всех взрослых.
Через некоторое время мама услышала звуки скрипки. Ее это удивило и порадовало. Впервые девочка сама, без трехкратного напоминания взялась за инструмент. Катерина засекла время. Анюта проиграла ровно полчаса.
– Мама, можно я пойду немного…, – Аня хотела сказать «погуляю», но решила, что убедительнее будет сказать: – подышу свежим воздухом.
– Уже совсем темно.
– Всего лишь девять часов. Ну, ма-ам!
– Нет, Аня. Завтра погуляешь.
– Тогда я пойду спать, – объявила девочка, чем опять поразила мать. Обычно загнать в постель раньше одиннадцати ее было невозможно.
На самом деле, Ане не терпелось сходить к Снеговику. Она ждала завтрашнего утра, поэтому спать легла раньше привычного времени.
