– Американский империализм угрожает миру и всеобщей безопасности, – тем временем Вилорик не унимался и продолжал вещать: – Эта страна обладает большим военным потенциалом и ядерным оружием, которое она готова использовать против своих врагов или просто конкурентов. Вспомните хотя бы Хиросиму и Нагасаки. Америка также, спонсируя радикальные группировки по всему миру, игнорирует международное право и нормы, отказываясь от участия в договорах по контролю над оружием…
Я устал все это слушать, сделал один незаметный шажок назад, потом другой. Увидел грустные глаза Огонька, пожал плечами. Мол, что я-то могу? Вот могу только тихонько отвалить и смотреть в окошко на белоснежный «Боинг», который стоял на взлетном поле Шереметьево и ждал своих пассажиров. Рядом с трапом болтали стюардессы в синих плиссированных юбках, жакетах и милых шапочках а-ля кубанка.
– …крепить бдительность, ходить только по трое, я знаю, что вы не посрамите высокого звания советского гражданина и не променяете…
Наконец, Вилорик иссяк, раздал всем загранпаспорта с визами. Напомнил план поездки – прилетаем в Нью-Йорк, 7 и 8 июня показательные выступления, 9 и 10 – свободные дни, экскурсии, встреча с ветеранами ВОВ. Последний пункт был новый – его предложило консульство. Дескать, встреча на Эльбе, все дела, надо бы напомнить американцам о том, что нас объединяет, а не разъединяет. В Комитете сомневались насчет того, что в местных СМИ все правильно осветят, но поручили мне разработать план встречи. В мастерских «Семерки» напряглись, сделали сувениры для ветеранов. Само собой, везли водку и икру. А дальше – как вывезет.
Пока ждали посадки, я рассказывал Незлобину и Байкалову политику партии.
– Американцы обещали не допускать провокаций, к нам даже приставят кого-то из ФБР для решения всех вопросов.
– На хрена нас вообще рассекретили и везут на эту показуху? – Незлобин все еще недоумевал.
– Рассекретил нас захват в посольстве, – пояснил я. – Скрывать «Гром» не получится – американцы видели, как мы работаем. А меня так вообще знают в лицо – я же не мог с террористом в маске общаться. Иначе бы не удалось его выманить на директрису выстрела.
Этим я и ограничился, хотя знал больше. Алидин мне объяснил про сделку века, которую планирует заключить Союз с ФРГ. Три года назад в стране было обнаружено огромное Самотлорское месторождение нефти. А два года назад – не менее огромное месторождение газа в Уренгое. Стало ясно, что с такими запасами надо выходить на рынки Западной Европы. А бал там правят американцы, которые в гробу видели подсаживать своих сателлитов на советские нефть и газ. В ФРГ по команде из вашингтонского обкома тут же начали ставить палки в колеса по трубам широкого диаметра, возникли трудности с заключением кредитных договоров, переговоры шли туго. В Политбюро возникла идея небольшой разрядки. Да, по Вьетнаму договориться не можем, зато давайте мы вам поможем с поднимающим голову внутренним терроризмом.
После того, как американцам и англичанам показали кнут и дали по зубам в Чехословакии, пришло время пряников. Одним из которых должен стать «Гром». Напрягал меня такой размен? Вовсе нет. Все в мире делается по принципу «ты мне, а я тебе». И кое-что себе лично я тоже собирался получить с Сэма Уолтона – самого богатого человека Америки.
В самолете было убийственно хорошо. Я зашел внутрь через трап и увидел просторный салон с кожаными креслами и большими иллюминаторами. Стюардессы приветливо улыбались, помогали пассажирам разместиться на своих местах. Я уже прошел к своему месту, когда меня остановили и предложили пересесть в бизнес-класс.
– Я?
– Йес, мистер, – негритянка откинула шторку бизнес-класса, и я повторно офигел. Это было что-то с нечто. Специальный барный уголок, места с настоящими столиками, застеленными белоснежными скатертями, лежачие места… Тут что? Можно лежа лететь?
– Кэн ай тейк май френд виз ми?
Я так прифигел от необычного бизнес-класса, что потянул вместе с собой Незлобина. Тот тоже выпучил глаза.
Негритянка, поколебавшись, приглашающе махнула рукой на два места слева, подала нам меню. В кожаном переплете. Вот это обслуживание! Набор блюд – просто настоящий ресторан.
Я выбрал стейк с картофельным пюре и зеленым горошком, а также бутылку красного вина. Перед взлетом нам на английском и ломаном русском напомнили о правилах безопасности и показали, как использовать пояса безопасности, жилеты и маски для дыхания.
– В таком самолете и умереть не жалко, – неуклюже пошутил Огонек, рассматривая этикетку винной бутылки. – Никак не пойму, что за шмурдяк?
– Что бы ты понимал в Каберне Совиньон! Это красное вино из Калифорнии.
Я оглянулся назад. Шторка была не закрыта, удалось поймать грозный взгляд Вилорика. Мне помахали пальцем. Вот только зависти цэковца мне не хватало… Ведь как пить дать доложит. И американцы тоже хороши. Ну что это, как не провокация? У меня испортилось настроение. Отписывайся теперь по прилете обратно.
Самолет плавно поднялся в воздух и направился в Штаты.
