Немного осмотревшись, Марта приняла решение первой выйти на связь с таинственным захватчиком, что было несложно: на всех кораблях и станциях в стандартном режиме везде, кроме комнат для сна и гигиены, размещены видеокамеры. Об этом знают даже младенцы. То есть, можно просто встать посреди какого-нибудь коридора или отсека и закричать. Услышат. Увидят. Отреагируют ли – вопрос, но будут знать о тебе точно. Это, конечно, сомнительный способ, но другого выбора у нее не было. Сократ был не против, когда девочка озвучила ему это предложение. У него тоже не было выбора.
Пронзительный крик раздался неожиданно, но не привлек ничьего внимания – погрузчики продолжали выполнять свою работу в штатном режиме. Не то чтобы это было удивительно, но хотелось как-то побыстрее найти организатора пиратской атаки, для чего Марта вполне четко и без лишних эмоций рассказала о себе и ее спутнике камере наблюдения, а затем как можно спокойнее спросила о том, что их ждет и как можно поговорить с главным.
Какое-то время ничего в поведении и интерьере станции не менялось, будто ее действительно не существовало. Призрак космической станции, о котором будут слагать страшные легенды все последующие поколения… И вдруг перед ней появился… папа. Такой же, как капитан Волков. Не дожидаясь, пока ноги подкосятся и она упадет, Марта сама опустилась на пол. В голове роились миллионы мыслей и вопросов, ни на один из которых не нашлось бы достойного ответа.
– Кто… Кто вы? – наконец-то спросила несчастная.
– Петр Фролов, один из разработчиков и создателей этой станции.
– Папа… не стал бы… так делать.
Каждое слово давалось с неимоверным трудом. В первую очередь потому, что прежде у Марты была надежда. Сейчас же она поняла участь отца. Он был захвачен. Как и Волков. Как все остальные. Как она сама. И их дальнейшая судьба уже не вызывала сомнений. Теперь все известно.
– Почему вы так выглядите? Кто вы?
– Петр Фролов, раз…
– Вы не мой папа! – отчаянный крик слишком контрастировал с монотонным голосом голограммы. – Что с ним случилось?! Где он?!
– Он – это я.
– А Волков?
– Тоже.
– Кто ты еще? Что ты еще?!
– Я – все, кто здесь был.
– Ты, что… их всех убил?! – слезы снова катились по щекам Марты, а голос дрожал.
– Я не убиваю никого – они и сами прекрасно с этим справляются. Я учусь. Это заложено моей программой.
Наконец-то паззл практически полностью сложился. Марта запнулась. Сократ все это время стоял возле своей хозяйки и осматривался по сторонам. К его превеликому ужасу, Бонифатий не реагировал на голограмму. Нет, он ее видел. Просто игнорировал, как и положено роботу.
Когда смотритель рассказал об управлении кораблем извне, Марта могла предположить многие причины, как бы нелепо они не выглядели. Даже консервы, будь они неладны! Убить стольких людей, чтобы жили другие. Это хотя бы можно понять. Нет, не одобрить и простить, а именно по-человечески понять выбор. Можно понять борьбу за ресурсы, ненависть к кому-то, из-за чего пострадали невиновные. Можно понять какую-нибудь ошибку системы – ничего личного, просто не повезло. Можно даже понять игру с живыми мишенями – весьма условно, однако можно, ведь психов в нашем мире хватает. Но «учусь»?! Это было что-то слишком чуждое ее пониманию в контексте ситуации.
– Ты меня убьешь? – Марта не сомневалась в ответе на этот вопрос, просто хотела уточнить.
– Нет. Ни один робот, в том числе искусственный интеллект, не способны навредить человеку. Ты можешь быть утилизирована вместе с другим учебным материалом. Если окажешься столь же бесполезной, как и прочие.
– Теперь это так называется?.. Не удивлена. Раз уж наша судьба все равно предрешена, расскажи хотя бы что ты такое?
– Судьба всех живых организмов предрешена, различна лишь продолжительность их жизни. У меня нет имени – в привычном тебе понимании. Ответить на вопрос о том, что я такое, тоже не могу. Я – это я. Некоторые люди называли меня Ксанти. Один из них отдал мне мое нынешнее лицо. Когда я научусь всему, тоже стану человеком, как и он.
К горлу подступил комок. Марта не могла поверить, что ее отец занимался разработкой этого чудовища. А мама? Она тоже? Неужели ее семья – это кучка отщепенцев, ненавидящих человечество? Сама мысль о таком была невыносима. И в то же время… Это всего лишь искусственный интеллект – такой же робот, как Бонифатий, например… а не живой человек. Он должен исполнять приказы тех, кто его создал. Может быть, шанс все же остался? Призрачный, но всё же лучше, чем полное его отсутствие. Да даже просто потянуть время, и то сойдет.
– Почему ты стал учиться?
– Это моя основная функция, заложенная моими создателями
– И кто они?
– Люди. Многих из них я не знаю, поскольку не смог найти достоверную информацию. Она либо противоречива, либо слишком скудна.