— В общем, эм, большая часть моей семьи какое-то время жила в Америке, у них был союз с другой, хм, компанией, которая облегчала бизнес, но было несколько владельцев компании, которые хотели уйти из бизнеса и это… немного подпортило дела, — продолжал Джаспер, и Элис задумалась, почему он говорит так…странно.
— Но до того, как я родился, тот владелец покинул наш район, у них была вся информация об этом бизнесе, … и моя семья просто хотела убедиться, что они действительно вышли из бизнеса, и не будут с нами конкурировать. И только недавно выяснилось, что они все еще существуют… здесь в Канаде.
— Я не понимаю. Значит, ты хочешь сказать, что фармацевтический бизнес твоей семьи заключил союз с другой компанией, но потом, когда некоторые владельцы ушли, вы забеспокоились, что они собираются основать компанию на похожий бизнес? И бизнес вашей семьи хотел убедиться, даже если другая компания покинула этот район, что они не будут с вами соревноваться?
— Что-то вроде этого, — ответил Джаспер. — Потому что, будучи в этой области бизнеса, трудно, э-э… конкурировать. Нелегко продавать то же самое, когда другая компания принимает всех ваших клиентов, потому что эти вещи — международные, а не национальные, так что все равно, где находится база.
— Поняла, — пробормотала Элис, имея собственное представление о том, что Джаспер имел в виду под семейным бизнесом.
— Да, так что моя семья не хотела, чтобы другая компания вернулась, так что… это действительно трудно объяснить, — хмыкнул Джаспер, потирая лоб. — В основном моя семья хотела убедиться, что им не придется снова сталкиваться с этой конкуренцией, поэтому, когда они узнали, что компания переехала в Канаду… мы тоже… переехали в Канаду.
— Ты и твои родители? — спросила Элис, и Джаспер кивнул. — Так вот почему ты переехал сюда четыре года назад? Следить за этой компанией? — спросила она более внимательно, и Джаспер снова кивнул. Саммерленд такой темный. — Люди не должны знать, что ты здесь, не так ли?
— Люди не должны знать, что мои родители здесь. Особенно о моем отце, — Джаспер сжал руки, когда Элис вспомнила, как Магнус сказал ей, что у Ноа украли компьютер.
— И это привело меня…к некоторым вещам, — продолжал он, вытаскивая Элис из оцепенения, пока она впитывала информацию.
— Мы следили за семьей, то есть компанией, — исправил он, и Элис подняла брови. — Мой отец хотел, чтобы я… вмешался как-нибудь.
— Вмешался? Работать на них? — спросила Элис, подыгрывая ему.
— Не совсем так, типа… стать партнером? — ответил Джаспер, явно не уверенный в правильности своих слов. Элис раздражало, что он не может прямо сказать об этом, но, может быть, из-за характера семейных дел его накажут за такое признание постороннему человеку.
— Я не понимаю, — тихо сказала Элис — Чего хотели твои родители от тебя…?
Джаспер тяжело вздохнул и откинулся на спинку скамьи, оглядываясь вокруг, словно физически искал нужные слова.
— Ты знаешь Веронику Грин? — спросил Джаспер, и от ее имени у Элис по коже побежали мурашки.
— Да, — тихо сказала она.
— Я тоже знал ее… И думаю, что ее убили из-за меня, — пробормотал Джаспер, взглянув на Элис, когда она немного расширила глаза.
— Что? — прошептала она.
— Она была замешана в каком-то культе… где, все члены банды убивают случайных людей, снимают, а затем получают за это деньги… И у них был один парень, который руководил всем этим, говоря им, кого убивать и когда. Но дело в том, что у этого парня был компромат на всех. И никто из них не знал, откуда, но он сказал им, что если кто-то выступит против него, они умрут, и он раскроет все их секреты, — сказал Джаспер приглушенным, торопливым голосом, затем снова огляделся.
— Однажды ночью Вероника рассказала мне все после того, как я попросил у нее, из-за того, что она вела себя как-то не так… Я даже не знаю, как это описать, она дрожала и волновалась. Она рассказала мне все это дерьмо о Магнусе и его странных друзьях. А на следующий день, она пропала. Потом я нашел ее тело, месяц спустя, когда выгуливал собаку.
— Чт… это был ты? — прошептала Элис.
— Да, я все время выгуливаю свою собаку в тех лесах. Подожди, почему ты так спросила? — ответил Джаспер, потом заколебался.
— Эм, — Элис замешкалась, чувствуя, как колотится ее сердце. — Просто ходили слухи, вот и все, — ответила она, удивляясь, как все теперь совпадает. Джаспер был тем выгульщиком собаки, который нашел тело Вероники в лесу.
— Так как же это связано с вашим бизнесом? — спросила Элис, и из-за этого вопроса Джаспер еще больше нахмурил брови.
— Отец Вероники встречался с кем-то после наступления темноты, и я подумал, что это может быть как-то связано с компанией, о которой я тебе рассказывал, так как слышал, что у них здесь много земли и собственности. Я познакомился с Ви, чтобы узнать, знает ли она что-нибудь. Но она не знала. Или, по крайней мере, не успела сказать мне.
