Таюя так опешила, что позволила затянуть себя в какую-то машину, где просто сидела пару минут, как во сне. Знакомый голос что-то спрашивал, кричал. Но нет, сон, просто сон. Всё, что было – сон. Это всё ей просто приснилось.
Девушка закрыла глаза и вдохнула. Сон закончился. Она открыла глаза и постаралась сконцентрировать внимание на том, кто так бесцеремонно её остановил.
- Сабаку но? – с недоверием переспросила она.
Канкуро смотрел на неё без опаски, только с укором и недовольством.
- Дура, ты что творишь? – надменно произнёс он. – Ты в своём уме?
Таюя тряхнула головой. Сабаку но Канкуро. Человек, который ненавидит её так же, как и она его. Почему же сейчас ей не хочется его ударить? Приступ прошёл?
- Я… я, - девушка запиналась.
Она знала, в чём дело. Слишком хорошо знала. И вот, по иронии судьбы она здесь, промокшая, со следами чужой крови, сидит в машине парня её лучшей подруги. Почему ей так спокойно?
- Эй, Таюя! – очертания парня смазываются. – Что с тобой? Ты под наркотой? Юя!
«Таюя, кретин!» - успела подумать розоволосая, проваливаясь в темноту.
***
- Ваше заявление примут на рассмотрение через два месяца, - с милой улыбкой сообщает девушка.
А внутри Хинаты всё сжимается. Два месяца – это долго. Слишком долго.
- Можно как-нибудь поторопить этот процесс? – спрашивает красноволосый парень.
У девушки от него мурашки по коже. Странная эта парочка. Они больше похожи на маньяков-убийц, чем на молодожёнов.
- Сожалею. Таков закон. Никаких исключений.
Гаара с неизменным спокойствием смотрит в сторону своей спутницы. Та старается выдавить из себя улыбку. Сабаку но лихорадочно ищет решения. Но нет. У него нет ни связей, ни денег, чтобы что-то сделать. Он аккуратно касается её локтя.
Хината встрепенулась и подняла лицо. Всё ещё эта фальшивая улыбка.
- Спасибо, мы будем ждать, - вежливо отвечает Хината.
Они выходят из душного кабинета, пропахшего приторными духами. Хината садится в кресло и прячет лицо в ладони. Нет, она не плачет.
Да, она собиралась выйти замуж за Сабаку но Гаару. Фиктивный брак, как предсказуемо. Но два месяца может быть слишком долго. Кто знает, когда отец начнёт вершить свой приговор над ней.
«Нет. Ты больше не можешь полагаться на кого-то ещё, Хината».
Она придумает, как оттянуть время с отцом. Два месяца, или больше. Она не заставит больше напрягаться своего единственного друга. Который жертвует всем, чтобы помочь ей.
Холодные крепкие руки берут её за плечи.. Хьюга отрывает руки от лица и смотрит в глаза своему другу. Он… улыбается.
- Знаешь, мы можем найти другой способ, если ты хочешь, - успокаивающе говорит он.
- Гаара, - шепчет Хина и тоже улыбается. – Нет, я не хочу. Мы подождём этих два месяца, верно?
Сабаку но, кажется, удивлён. В её глазах что-то, чего он не видел до этого. Нежность?
- Давай поедем домой? – говорит брюнетка, перехватывая руки красноволосого в свои.
- Конечно. Я поймаю такси до того квартала, - говорит Гаара, отводя глаза.
Ему непривычно. Да, он так долго ждал, что эти глаза будут обращены так к нему. А теперь он словно боится, что это всё не по-настоящему.
- Нет, - помотала головой Хьюга. – Поедем к тебе домой?
Гаара осёкся. Вот это поворот, которого он не ожидал вовсе. Но кивнул и пошёл к выходу. Хьюга последовала за ним.
Они ехали долго. Очень долго. Район на самой окраине Токио, неприглядный и тёмный. Дождь только усугублял картину безысходности и равнодушия этого места. Гаара проклинал себя за то, что живёт здесь. Точнее не так. За то, что ей придётся увидеть это.
Попетляв в переулках, они вышли к полуразвалившейся девятиэтажке. Хината почти не осматривалась. Она шла, полностью погружённая в свои мысли. Комариный писк, и вот домофон пропустил их в подъезд.
Они поднимались без лифта. Гаара повернул ключ в замке. Они вошли.
Маленькая тёмная однокомнатная квартира. Сабаку но развернулся и взглянул на неё. Он ожидал увидеть удивление, неприязнь на её лице, но нет. Она даже не смотрела на то, что её окружало. Она смотрела на него.
- Будешь кофе? – спросил он, просто, чтобы как-то уйти от этой паузы.
Она ещё пару секунд испытующе посмотрела на него и кивнула. Гаара пошёл доставать чашки и турку. Ни о какой кофеварке и речи быть не могло. Но он не успел поставить турку на огонь.
Хината подошла к нему и обняла сзади. Он опешил и едва не выронил чашку. После чего развернулся и медленно отстранил её от себя, вглядываясь в светлые глаза.
- Ты простишь меня, Гаара? – тихо спросила Хьюга.
- За что? – он вкладывает всё своё равнодушие в голос, но почему же он всё равно так дрожит?
- За всё, - бормочет брюнетка и целует своего друга.
========== Часть 39 ==========
Часть 39
