Скоро на Алине ничего не осталось. А Довлатов смотрел на нее, ладонями гладил внутреннюю часть бедер. И вот, девушка снова почувствовала его губы. Поцелуи медленно перемещались к лобку, а пальцы все ближе к промежности. Рома иногда посматривал на нее, видел, как часто вздымается грудь, как сокращаются мышцы на животе.
– Тебе нравится? – спросил, прежде чем коснуться языком ее нежной кожи.
– Еще спрашиваешь? – пролепетала сквозь прерывистое дыхание.
– Не переживай, дальше положенного не зайду, – и накрыл губами клитор. От такой неожиданности Алина аж дыхание затаила.
Запах и вкус феи одурманили, Рома в какой-то момент потерял контроль, из-за чего ласки стали активнее, он касался пальцами изрядно влажной кожи, целовал ее, покусывал, но Алине особенно нравились ласки языком. Когда тот дотрагивался до клитора, девушка начинала выгибаться, негромко стонать. Вдруг Рома надавил пальцем на вход во влагалище, отчего Алина дернулась.
– Больно? – сразу прекратил.
А она присела, обняла его за шею и потянула к себе.
– Алин, у тебя же рассечение.
– Мне все равно.
Конечно же, ему хотелось овладеть феей, но чего хотелось еще сильнее, так это стать первым. Вчера новость о ее девственности обескуражила, испугала, все-таки, сталкиваться с невинными девушками не доводилось, но сейчас Рома понял, что до зубного скрежета желает сделать ее женщиной, своей.
– Тогда позволь все сделать по технике безопасности, – улыбнулся, а рукой продолжил ласкать.
– У тебя и здесь есть четко выработанный план?
– Нет, фея. С тобой у меня все по велению души.
Снова начал целовать, от его скорости и настойчивости Алина уже через несколько секунд испытала мощный взрыв. И пока ее тело не отошло от оргазма, Рома решил сделать то, что сладкой пыткой терзало сознание все это время. Оказавшись над ней, прижал к матрасу своим весом, принялся целовать шею, плечи, лицо, а Алина обняла его за шею. Скоро бедром она ощутила нечто твердое. Довлатов не торопился, он медленно ласкал ее, изучал.
– Я уже готова, – прошептала ему на ухо.
Спустя мгновение почувствовала головку у самого входа, тогда же закусила губу, приготовившись к боли. И Рома вошел в нее. Алина тотчас застонала, прижалась к нему всем телом. Действительно больно. Очень…
– Мне прекратить? – хотя сам уже еле сдерживался. Такого он еще не испытывал.
– Нет, продолжай, только медленно.
– Ты невероятная, – осторожно поцеловал в губы. – И теперь моя.
Какое же это волшебное слово «моя»… Оно вызывает чувство счастья, радости, благоговения. Оно создает ощущение завершенности и полноценности. Услышав это магическое слово, Алина расслабилась и окунулась в эйфорию, дала волю эмоциям. Ей не хотелось ни плакать, ни смеяться, хотелось просто ощущать рядом этого человека, осязать его, слушать дыхание, видеть глаза.
Рома едва ли успел выйти из нее, все-таки в первый раз решил не использовать презерватив, и горячая сперма хлынула Алине на живот. После такого было лишь одно желание, не отпускать от себя фею, провести с ней весь день в кровати. Но…
– Как себя чувствуешь? – аккуратно провел пальцами по влажной коже и заметил кровь. – Болит?
– Немного.
– А ведь я хотел по всем канонам.
– Лепестки роз, свечи и шампанское с клубникой? – легла ему на плечо.
– Да.
– Мне все это не нужно. Розы не люблю, свечи – пожароопасно. А вот клубника – да, но ее лучше после.
– Да-а-а-а, – широко улыбнулся. – Практичности тебе не занимать. А какие цветы изволите любить?
– Пионы.
– Буду знать, – поцеловал ее в голову. – Алин, нам сегодня в клинику. Не забыла? Откладывать нельзя.
– Не забыла, – нехотя села и потянулась. – Что ж… тогда я в душ.
А Рома поднялся, вышел на балкон, где закурил. Что вообще происходит? Никогда раньше так крышу не сносило. Да, были девушки, которые вызывали трепет. Но здесь иначе. С Алиной все чувства работают на триста процентов. Испытываешь полный спектр. От злости до… До любви? Но разве можно влюбиться за столь короткое время знакомства? Или сейчас между ними лишь химия, страсть? Нет, не только страсть. Возможно и не любовь, что-то среднее.
Так побежало время…
Знакомый доктор Довлатова провел ряд обследований и назначил лечение. В тот же день Алина начала прием лекарств, а еще была вынуждена сесть на жесткую диету. И уже через неделю Динь-Динь вернулась на работу.
А Рома с каждым днем все сильнее привязывался к девушке. Алина же очередной прекрасной ночью, когда они занимались сексом, осознала, что влюбилась по-настоящему. Она устала бояться, хотелось наконец-то ощутить счастье и ту самую заветную любовь. Но про чувства рассказывать первой не решалась, все-таки правильнее было бы дождаться реакции Ромы, понять, что испытывает он. А то скажешь про любовь, и услышишь в ответ тишину. Нет уж… Только не так.
