Я вспыхнула от гнева –
– Прекратите это как-нибудь, или я сама вмешаюсь, слово даю.
Детектив нахмурился и подал подчинённым знак рукой, причем такой, который трудно было истолковать превратно: погрозил кулаком.
«Гуси» прыснули в стороны, как перепуганные птицы при виде драной, вечной голодной уличной кошки. Джулия тоже отпрянула, дрожа, и попыталась одной рукой застегнуть свой плащ, не разжимая другую, стискивающую воротник платья. Но пальцы не слушались, и пуговицы выворачивались, как скользкие ледышки.
– Мисс Дюмон, выбирайте, – вкрадчиво предложил Эллис, глядя на женщину из-под полуприкрытых ресниц. – Или я сейчас говорю «вы арестованы» и в сопровождении собачьего конвоя направляю вас в Управление, или мы проходим в гостиную леди Виржинии и беседуем, как подобает разумным людям.
Джулия обернулась. Она была до того бледна, что даже губы её казались серыми. Рыжие волосы намокли под дождем, распрямились и теперь жалко липли к голове.
– Не понимаю, о чём вы говорите. И кто вы? Представьтесь, будьте так любезны, – хрипло произнесла Джулия. Кажется, визг не прошел даром для её голосовых связок.
– Алан Алиссон Норманн, детектив, Городское Управление спокойствия, – охотно представился Эллис и отвесил светский полупоклон. – Удостоверение показать?
– Если вас это не затруднит.
– Нисколько, – безмятежно улыбнулся он и, пошарив в карманах пальто, вытянул искомое – небольшую металлическую бляху, на которой с одной стороны было выгравировано имя, должность, а с другой – герб Управления спокойствия. – К слову, мисс Дюмон, мы уже встречались. Помните, я брал у вас показания сразу после того, как сторожа нашли мёртвым, а картина пропала?
Она слабо кивнула.
– Да, я припоминаю нечто подобное… – и обернулась ко мне растерянно: – Леди Виржиния, вы…
– Мне пришлось оказать содействие следствию, – туманно ответила я. – Сожалею.
Она склонила голову, сминая в кулак платье у себя на груди – жест, выдающий отчаяние и одновременно попытку собраться с духом.
– Полагаю, у вас не было выбора, леди. Как нет его и у меня, – мисс Дюмон прерывисто вздохнула и выпрямилась, ловя взгляд Эллиса: – Детектив Норманн, вы что-то говорили о том, чтобы пройти и побеседовать? Я согласна.
– Вот и чудесно, – улыбнулся Эллис довольно и спохватился: – Леди Виржиния, а вы-то не возражаете? Дом ваш… – и детектив страдальчески заломил бровь.
«Как будто кого-то это когда-то смущало», – едва удержалась я от шпильки и сухо кивнула:
– Разумеется, не возражаю. Всегда рада оказать помощь аксонскому правосудию. Все мы равны перед законом.
– Да-да! – с энтузиазмом подхватил Эллис. – Какие мудрые слова! – и многозначительно посмотрел на мисс Дюмон: – Идемте… Ах, да! – он щелкнул пальцами, обращаясь к застывшим на приличном расстоянии «гусям». – Джеральд, Прайм, действуем дальше, как условлено.
После этого мы – я, мисс Дюмон и Эллис – проследовали в гостиную и там устроились вокруг низкого кофейного столика, как старые друзья.
Иллюзия была бы полной, если б не безмолвно сторожащие дверь «гуси».
– Итак, начнём, – улыбка у Эллиса стала голодной. – Но для начала, мисс Дюмон, покажите нам то, что вы так старательно прячете под корсажем… Не спешите заливаться стыдливым румянцем, я имел в виду всего лишь свисток.
– Свисток? – переспросила я недоверчиво, но, судя по тому, как потупилась мисс Дюмон, Эллис не ошибся.
– Да, свисток. Тот, который ваша гостья носит на шнурке и никогда не снимает с шеи, – невозмутимо подтвердил он, бросив на меня быстрый взгляд. – Ну же, мисс Дюмон. Сейчас уже поздно отрицать что-либо. Давайте сотрудничать, а не портить зазря друг другу настроение. Тогда, возможно, леди Виржиния смягчится и предложит нам кофе.
– Я и так предложу, – пожала я плечами. – Магда вот-вот его принесёт – приказ был отдан, как только мы вошли в дом. Мисс Дюмон, вы предпочитаете несладкий, очень горячий кофе с молоком и корицей, если мне не изменяет память?
Уж не знаю, что такого было в этом вопросе, но Джулия Дюмон вдруг захлопала ресницами, всхлипнула как-то жалобно – и рассмеялась, хрипло, истерически, до слёз.
Эллис отвернулся, в кои-то веки проявив деликатность.
– Свисток, пожалуйста, – мягко напомнил он, когда Джулия немного успокоилась.
– Хорошо, – сдалась та наконец и добавила неуверенно: – Но только верните его, пожалуйста. Это не только моя защита, но и память.
– А ещё – улика, – вздохнул Эллис, но всё же пообещал: – Я подумаю.
Мисс Дюмон зажмурилась, словно готовясь нырнуть в омут, и вытянула шнурок.
На стол с тихим стуком лег желтовато-белый предмет странноватой формы – то ли неправильная спираль, то ли вовсе абстрактная загогулина. Эллис с любопытством наклонился, вглядываясь в причудливую резьбу.
– Интересно… Это кость?
– Да. Думаю, да. И еще какие-то камешки внутри – по крайней мере, там что-то гремит. И ещё дрожит, как будто натянутая нитка.
