– Не стойте столбом! – я вовремя ухватила Эллиса за локоть и оттащила к колоннам, вместе с прочими гостями освобождая пространство для танца. Его величество тем временем протянул герцогине руку. – Так, повторяю на случай, если вы не запомнили…
– А что, уже плясать пора? – досадливо перебил меня Эллис. Наша ближайшая соседка, хрупкая девчушка в розовом платье с турнюром, недовольно нахмурилась. Я стиснула зубы, утешая себя мыслью, что с такого расстояния все равно ничего толком не расслышать, и, скорее всего, утонченную леди раздражает сам факт пустых разговоров в столь торжественный момент. – Как не вовремя! А я только-только пригляделся к своим подопечным… В смысле, к марсовийским дипломатам.
– Так это были они? – ахнула я, припомнив скучных гостей у колонны.
Оркестр играл громче и громче, с каждой секундой звучало все больше инструментов, и вскоре размеренная мелодия полонеза целиком заполнила громадный бальный зал. К первой паре, королю с герцогиней, постепенно присоединялись другие. Я оглянулась и поняла, что нам с Эллисом придется идти в третьем десятке, то есть уже совсем скоро.
– Ну да. Виржиния, а что мы сейчас танцуем?
– Как что? «Гран Марч», танец, открывающий бал. Это разновидность полонеза, только проще. Мысок, мысок, стопа, на первом шаге приседаем… – рассеянно ответила я, и тут мне в голову пришла ужасная мысль. – Эллис, только не говорите мне, что вы не умеете танцевать!
– Умею, – мрачно ответил детектив и выпрямил спину. – «Альбу». Ну, и этот, как его, где установленных изначально движений нет и надо просто повторять все за первой парой… Да не переживайте, выкрутимся!
Я сглотнула. Кажется, это была катастрофа.
– Так. Очень плохо. То есть все хорошо, конечно, не волнуйтесь, мы справимся. Эллис, выпрямите спину, расправьте плечи. Главное в «Гран Марч» – грация. Настроение танца – торжественное, величественное. Посмотрите на короля. Видите, как он держится? Берите с него пример.
– Понял, – трагическим шепотом ответил детектив, шумно выдохнув. – Просто торжественно идем, чего уж сложного. Главное – не свалиться в этих дурацких гэта.
– В чем-чем?
– В сандалиях, – он выразительно постучал ногой по паркету – звук вышел деревянно-звонкий, как от никконских бамбуковых колокольчиков. – Тут платформа такая, что можно даже по грязи в Смоки Халлоу пройти, и носков не запачкав.
– Ничего. Вы не свалитесь, – твердо сказала я. – У вас хорошая координация. Эллис, слушайте дальше. И смотрите – на этот раз на то, как именно шагают танцующие. Размер – три четверти, то есть на «один, два, три». Ступаем с «внешней» ноги… «Внешняя» – это та, которая с другой стороны от меня, понятно? – быстро пояснила я в ответ на недоуменный взгляд Эллиса. – Ступаем с «внешней» на мысок, потом с «внутренней» – на мысок, затем с «внешней» – на стопу, дальше ступаем с «внутренней» ноги, шаги повторяем. На первом шаге – легкое приседание на опорной ноге, одновременно – небольшой поворот в сторону второй ноги; то есть если приседаем на «внутреннюю» ногу – поворачиваемся наружу, к залу, и наоборот. А далее, после первого шага, идем спокойно, затем повторяем. Про улыбку не забываем. Все ясно?
Ладони у меня стали позорно влажными, и припудренные перчатки из плотного белого шелка были тут ни при чем, как и меховая накидка на плечах.
– Мне? – Эллис переступил с ноги на ногу и поправил свою «птичью» маску. – Да, пожалуй. Вроде бы несложно звучит. Вот мы пройдем такой процессией до конца зала, как я понимаю…
– Неправильно понимаете, – я с трудом подавила нервную дрожь. Ноги словно свинцом налились, спину свело от напряжения. «Спокойно, Гинни, все получится». – Видите, куда идет Его величество? Мы сейчас последуем за ним. Дважды обойдем зал против часовой стрелки, причем второй круг неполный. Потом мы проследуем колонной через центр зала, от конца к началу, затем разойдемся: четные пары – направо, нечетные – налево, – сбивчивым шепотом объясняла я начальные фигуры танца, стараясь не думать о том, что будет, когда придется переходить к более сложным. – Когда две колонны танцующих окажутся друг напротив друга…
Эллис, кажется, слушал внимательно. Из-за белой маски, едва ли не полностью скрывающей лицо, я не могла бы утверждать это наверняка. Но он, по крайней мере, не перебивал меня, а указания выполнял в точности. В голову упорно лезли мысли о том, что все идет слишком уж хорошо. Растяпа-детектив не спотыкается и не сбивается с ритма; диковинные никконские сандалии звонко отстукивают по паркету, добавляя шарма танцу; одежды из темно-синего шелка –
Я чуть не оступилась, осознав, что именно мне не нравится. Улыбка. Слишком спокойная для человека, оказавшегося в столь неловком положении.
– Виржиния, что дальше?
