Десять дней до бала пролетели, как один. Я носилась, как сумасшедшая, между кофейней и собственным особняком. Последние штрихи к платью, примерки туфель, посещение парикмахерской, уроки этикета для Эллиса… Мне казалось, что я не успеваю ровным счетом ничего. И поэтому было вдвойне удивительно обнаружить себя вечером накануне Сошествия полностью одетой и готовой к отъезду во дворец… и злой, как стая волков.
– Святая Генриетта Милостивая, и куда запропастился этот Эллис? – я в ярости стукнула веером по краю стола. – Если из-за него мы опоздаем…
Магда, заслышав меня, пугливо втянула голову в плечи – еще бы, я утра была на взводе, и к обеду успело достаться всем. В том числе и ни в чем не виноватым слугам.
Но договорить, какие страшные кары обрушатся на голову детектива в случае опоздания, я не успела – Говард Чемберс объявил о том, что к дому подъехала карета. У меня вырвался вздох облегчения. Подхватив вещи, я спустилась в холл, где меня уже ждал… Эллис?
Но в чем он был одет, святые небеса?!
Метры и метры наироскошнейшей ткани – темно-синей с серебристыми птицами, гладкой и плотной, словно впитывающей свет… «Вот бы платье такое!» – мелькнула жадная мысль, и я невольно подалась вперед, спускаясь вниз на ступень. Наряд был в восточном стиле, то ли никконском, то ли чжанском – словом, похожим на длинный, пышный халат с огромными рукавами. Светло-серый пояс – узкий, не больше, чем с ладонь, – перетягивал его чуть выше талии. Между разошедшимися полами «халата» виднелось нечто вроде широких, как юбка, молочно-белых штанов в складку. За таким изобилием ткани я не сразу сумела разглядеть обувь Эллиса – деревянные сандалии, у которых вместо каблука или платформы были два чудн
Волосы Эллис выкрасил в черный цвет – ни одной седой пряди не осталось.
Честно говоря, закрой он лицо – и я бы его ни за что не узнала.
– У вас… интересный костюм, – выдавила я из себя наконец и нервно сжала край своего длинного рукава.
– У вас тоже, – странным голосом ответил Эллис и шагнул ближе, прищуриваясь. Деревянные сандалии звонко стукнули по паркету. – Вам идет, Виржиния. А кого вы изображаете?
– Леди Метель, – я медленно поправила белую меховую накидку на плечах. Собственно, она одни плечи и закрывала, чтоб мне не мучиться на балу от жары, но глупый кусок меха никак не хотел держаться и постоянно сползал. В остальном мой костюм был удобным – многослойные, но легкие юбки, не стесняющие движений, двойные рукава – практично-узкие под … – Я хотела надеть на бал дядин подарок, никак не могла придумать, с чем его лучше сочетать. Перебрала всех исторических персонажей, от Королевы-Невесты до Анны Воительницы, а потом так вышло, что мы с мистером Маноле разговорились, и он предложил самый простой вариант – нарядиться зимой. Я, разумеется, не стала буквально следовать совету, но творчески усовершенствовала его.
– Вижу, – все тем же странным голосом ответил Эллис. – Белый парик – тоже идея Лайзо?
– Нет, – я улыбнулась. – Вы не поверите – Георга. Он стал рассказывать, как наряжалась на маскарад у герцогини Дагвортской леди Милдред, и упомянул между делом, что бабушка надела рыжий парик, чтобы не быть узнанной сразу. А я подумала, что моя стрижка тоже весьма приметна, вот и раздобыла это, – я потрогала один из белоснежных локонов. – Через Эрвина Калле. В парике немного жарко, но красота требует жертв… А вы кого изображаете, Эллис?
Детектив погрустнел.
– Никконского духа… как же их называют? – он почесал лоб. – А, аякаси, кажется! Ну, или что-то вроде. Их там много, в никконских сказках. Зельда говорила, кого именно я изображаю, но из памяти выпало. У меня есть еще с собой птичья маска, с клювом, и на ней написано, кто я. Но, к сожалению, по-никконски, так что ни вы, ни я, прочесть это не сможем, – широко улыбнулся Эллис. – Ну и к бесам эту никконскую культуру, как вы думаете, а?
Я подавила горестный вздох. Видимо, у Эллиса из головы к тому же вылетели и мои объяснения, как этикет требует отвечать на подобные вопросы. «Загадочный никконский дух» – этого было бы вполне достаточно, а всякие исторические детали лучше подошли бы для флирта со скучающими леди. Признаваться же в том, что ты сам не знаешь, что означает твой костюм – верх глупости.
– Что ж, мы хотя бы одеты в одной цветовой гамме, – попыталась я мыслить оптимистично. – У меня – белое и синее, у вас – синее и серебряное.
– Вот видите, мы прекрасно подходим друг к другу! – жизнерадостно заключил Эллис и протянул мне руку: – Идемте, леди. Карета ждет.
– Мне захватить несколько хайрейнов мелочью? – обреченно спросила я, памятуя о привычке детектива жить за чужой счет. Жаль, конечно, что сегодня не получится поехать на электромобиле. Но какой был бы смысл в маскараде, если б я прибыла на знакомой почти всем аристократам Бромли машине? Да и Лайзо едва ли не на коленях умолял дать ему выходной в ночь на Сошествие…
