– Тише, тише! – крикнула я, пытаясь удержать страдалицу на месте. Огонь бесновался в шаге от нас, оставляя безупречный круг, очерченный дубовыми ростками. Волосы потрескивали от жара, глаза слезились. – Он ничего не может! Это просто сон!
Ревущее пламя понемногу подбиралось ближе. Я чувствовала себя так, словно пыталась остановить огромный вьюк с песком, сползающий по гладким наклонным плитам, но лишь сама сдвигалась вместе с ним. Медленно, но неотвратимо. А там, внизу, поджидало нечто ужасное.
И в один момент силы просто кончились.
Позволить себе расслабиться на миг вдруг стало важнее, чем бороться дальше. Финола билась, точно в припадке эпилепсии. Если только разжать руки и отпустить её – может, смогу вырваться и…
…нет. Не подобает леди нарушать обещание. Ни за что…
Пол снова затрещал, прогибаясь.
А потом сквозь смрад и гарь, сквозь ужас и отчаяние прорвался аромат – одновременно нежный и яркий.
Вербена.
Пламя раздалось в стороны, как лепестки увядающего пиона, и затем потекло ревущим потоком, но не к нам с Финолой, а к Валху, застывшему на том краю провала. Мертвец вскинул руки, заслоняясь. Из огня выступил другой колдун – зеленоглазый, в цветастых одеждах гипси, с флейтой, притороченной к поясу и с мешком в руке.
– Лайзо, – выдохнула я беспомощно, не зная, куда деваться. Чувство стыда мешалось с ошеломительной радостью.
А он прошёл мимо, не оглянувшись, и дальше – через провал в полу, ступая по воздуху, как по каменной мостовой; когда же до Валха оставалось лишь несколько шагов, остановился – и распустил горловину своего мешка.
Все звуки стихли.
Прошла секунда, другая, третья… И потом послышался вдруг престранный звук. Сперва он напоминал комариный писк, но быстро становился громче и ниже, пока не обратился рёвом, воем, плачем – всем одновременно и ни тем, ни другим, ни третьим. Мешок дёрнулся, как живой, и из него хлынуло что-то тёмное, с алыми, золотыми и зелёными проблесками, до жути похожими на звериные глаза. И вся эта воющая, ревущая, скулящая масса ринулась на Валха и затопила его.
Финола обмякла. Я едва успела подхватить её, такую тяжёлую, словно взаправду, а не во сне, и внезапно заметила ярко-алую нитку, что тянулась от основания шеи через провал, к тому месту, где корчился в клубах тьмы Валх.
«Связь?» – пронеслось в голове.
Не рассуждая более, я схватила эту нить – и оборвала её.
В тот же миг всё исчезло – смрадные кучи, искорёженные стены. Мы с Финолой оказались на белой-белой поляне под небом цвета первого снега.
– Ты сдержала обещание.
Голос был хриплым, точно сорванным от крика. Но в ясных глазах не осталось и намёка на безумие. И какими прекрасными они мне показались! Чистые, прозрачно-голубые с травяной зеленью, как спокойное озеро меж холмов. А вместо зрачков дрожали и бесконечно падали из ниоткуда в никуда две звезды. И если вглядеться в них, то можно было увидеть, как далеко-далеко, на поляне анютиных глазок, ждёт прекрасный светловолосый юноша в золотых одеждах и играет на флейте.
– Сдержала, – откликнулась я, чувствуя себя зачарованной девочкой. – Нить разорвана. Если ты уйдёшь достаточно далеко, думаю, он не станет тебя преследовать.
Финола рассмеялась так, как никогда не делала наяву – чарующе и беспечно, и волосы её рассыпались по обнажённым плечам.
– Я свободна. И больше не совершу такую глупость, чтобы попасть под власть мужчины. А ты… – Взгляд её сделался задумчивым. – У тебя я в долгу.
Тёплый ветер всколыхнул мягкую белую траву, взмыл к небу, раздувая лёгкую ткань наших платьев. А Финола склонилась вдруг и быстро поцеловала меня в лоб. Прикосновение губ обожгло, точно капля воска.
Я вскрикнула и отшатнулась. Ветер стих, и поляна вновь стала похожа на аппликацию из бумаги.
– Что ты сделала?
– Ничего, – улыбнулась Финола. – Может, ты будешь счастливой в любви. А может, и нет. Но обмануть тебя не сможет ни один мужчина.
Она поднялась, и я потянулась за ней в бессознательном порыве поймать и удержать что-то красивое, как дитя за бабочкой… и рухнула прямо на руки Паоле.
Сырой склад с кучами гнилого мусора не изменился ни на йоту… или нет?
Кажется, дыра в полу стала шире?
– Мисс Дилейни упала в провал, – негромко произнесла Паола, отвечая на незаданный вопрос. – Леди Виржиния, нам лучше отойти подальше. Пол ненадёжный, можно провалиться.
Я позволила отвести себя в сторону, но так и не сумела до последнего оторвать взгляд от провала. Что-то мне подсказывало, что тело Финолы там не найдут.
Так и случилось.
Не прошло и полминуты, как явился Эллис – взбудораженный, простоволосый и с разбитой скулой.
– Я слышал крик, – встревоженно заявил он. Едва не поскользнулся на куче мусора, затейливо ругнулся, поминая свинарники вместе с дурьими головами, но равновесие удержал. Не иначе, сквернословие помогло. – Где Дилейни? Только не говорите, что она сквозь землю провалилась.
Паола со смирением посланницы небесной молча указала на дыру в полу.
