Картина! Они привезли «Человека судьбы»! Воистину хороший знак. И довольно мне отдыхать, так и дела запустить недолго.
С помощью Юджи я сменила скучное домашнее платье, коричневое с розовой отделкой, на изумрудно-зелёное с серыми вставками – строгое и, пожалуй, немного отставшее от моды, но зато безупречно подходящее моему характеру. Сейчас, когда весь свет точно с ума сошёл, облачаясь в легкомысленные, бесформенные, свободные вещи с низкой талией и безвольной линией плеч, мне хотелось чего-то жёсткого, как доспехи.
Что там сказал Роджер – ему-де легко представить меня в мужском костюме? Что ж, мне уже доводилось облачаться в нечто подобное. И, положа руку на сердце, признаюсь, сейчас я была бы не против, чтоб мода сделала очередной безумный кульбит и подарила женщинам брюки…
Глупости, впрочем. Уж такого-то не случится никогда.
Разговор с Уэстами получился гораздо более короткий, чем я полагала. Начать с того, что Джулия изрядно перепугала меня одним своим видом: бледная, похудевшая, с лихорадочно горящими глазами.
– Я спасла его! – заявила она, едва мы обменялись приветствиями. – «Человека судьбы»! И это удивительно, леди Виржиния! Я никогда не ощущала такого вдохновения!
Джулия попыталась привстать; кажется, если б Лоренс не удержал её, она бы пустилась в пляс. Он выглядел сильно встревоженным. Мы обменялись взглядами, и я кивнула, давая понять, что и меня беспокоит состояние его супруги. Говорят, что истинное достоинство настоящей леди или прирождённого джентльмена состоит в том, чтобы не замечать чужих промахов, неприглядных ситуаций и прочего, что обе стороны ставит в неудобное положение. Однако я никогда не владела сим высоким искусством, зато в совершенстве научилась
Сейчас же требовалось иное.
– Прекрасно! – горячо ответила я Джулии и села рядом с нею. – И вы непременно мне всё расскажете, я настаиваю. И вы обязательно попробуете один новый удивительный чай, и возражения не принимаются, нет, дорогая миссис Уэст, ни в коем случае!
Я отдавала себе отчёт в том, что веду себя в точности как леди Абигейл, но в данном случае напористые манеры оказались именно тем, что нужно. Джулия несколько успокоилась и села ровно, более не порываясь вскочить каждое мгновение. Подоспевшая Юджи послушно выслушала мои указания: немедленно подать для нашей гостьи что-нибудь укрепляющее. «Посоветуйтесь с мистером Маноле», – напутствовала я Юджинию, не сомневаясь, что она поймёт правильно. И действительно: вскоре дверь едва заметно приоткрылась; за нею стоял Лайзо. Увидев всё, что нужно, он скрылся. А через некоторое время нам подали напитки, всем разные: мне – знакомую бодрящую травяную смесь Зельды, Лоренсу Уэсту – что-то, источающее сильный аромат мяты и мёда, а Джулии – какой-то тягучий настой, тёмный, почти чёрный. Она была так увлечена рассказом о красках, вдохновении и холсте, что выпила почти половину, и лишь потом заметила, что держит в руках чашку:
– Какой приятный запах вербены! – воскликнула Джулия. Лихорадочный блеск в глазах её потускнел, и теперь они казались утомлёнными. Но в то же время ушла и мертвецкая, синеватая бледность, и на щеках расцвёл румянец, а жесты стали более плавными. – У нас дома подают только лучший бхаратский чай, и то раз в день. Возможно, это упущение… Простите, мне внезапно так захотелось спать, – добавила она виновато и растерянно. – Так странно… О чём я говорила?
– О том, что картина спасена, и волноваться не о чем, – накрыла я её руку своей и тепло улыбнулась: – И моя благодарность не знает границ, но, дорогая миссис Уэст, наверное, вам стоит отдохнуть? Вы немного бледны.
– Я не спала все три дня, – ответила она таким тоном, словно сама себе не верила. – Не спала три дня и только работала, работала… У меня было столько идей, как можно спасти картину! А потом я просто взяла и… и… дорисовала то, что пострадало из-за ваксы и ножа. Моей рукой точно водило что-то…
Джулия моргнула раз, другой – ей явно было трудно держать глаза открытыми. Лоренс с радостью ухватился за первый же повод уехать домой. Мы торопливо распрощались; он обратился ко мне, уже посадив супругу в кэб:
– Слава Небесам, что это закончилось, леди Виржиния! Джулия, конечно, иногда не знает меры, если увлекается работой в мастерской, – он скосил глаза на кэб. – Но нынче впору говорить не об увлечённости, а об одержимости. Признаться, я испугался.
– Не беспокойтесь, – произнесла я негромко; Джулия в кэбе уже задремала, кажется. – Всё позади. Я действительно благодарна вам. Леди Абигейл оплатила реставрацию, но я пришлю вам чек. И не вздумайте отказываться, мистер Уэст. Это подарок.
– Но, леди Виржиния…
– Вы спорите с той, кто устроил вашу свадьбу? – шутливо пригрозила я веером. – Как недальновидно!
– У меня сейчас такое чувство, будто вы спасли Джулию, – неожиданно улыбнулся Лоренс. – Спасибо… А в глубине души и я рад, что с творением Нингена теперь всё в порядке.
На этой ноте мы и расстались.
