И странно, но искреннее непритязательное пение подействовал на собравшуюся в зале публику сильнее любых искусных рулад. Словно почувствовав это, голос девчонки окреп и зазвенел:
В зеленом был в тот день народ
Как будто ждали все меня,
Но было все наоборот:
Была игрушкой я для тебя.
Я отказалась от всего,
И бескорыстен мой порыв.
Не нужен мне никто другой
Стал ты моим единственным.
Не жаждая даров земных,
Я все же получила .их.
готова песни петь твои,
Жаль, так любовь не возвратить.
Танцующая пара перестала кружиться и словно замерла, охваченная единым порывом. Женщина склонила голову на плечо мужчины: она не смотрела на экран, она слушала. Но мужчина, полуобняв партнершу, не сводил глаз с бегущей строки. Он хотел знать, – и чувствовать.
Киллиан перевел глаза на сидевших за столом – еда была забыта. В голосе у девчонки звучали слезы – и слезы катились из глаз у старика, сидевшего напротив.
Я шлю Всевышнему мольбу,
Чтоб мою верность оценив,
Ты до того как я помру
Влюбился в меня заново.
Я говорю тебе: «Прощай»,
Живи счастливо, процветай!
Пусть ты неправ – люблю тебя.
Вернись! Я жду. Ты это знай.
Девчонка допела. Пару секунд все молчали, затем народ разразился овацией. Киллиан и сам готов был захлопать. Он не ожидал, что песня, которую он однажды слышал лет пять тому назад, простая и незатейливая, способна так тронуть. Только сейчас до него дошло, что за всю свою биографию он ни разу не испытал вот этого щемящего, пронзительного чувства, о котором тогда пел певец.
Чувства любви – потому что любви он боялся как источника бед и осложнений. Какая-такая любовь, если рассудок мог решить все? Или почти все: остальное решали обстоятельства. Из двух сестер он выбрал Эллу, потому что она была умной, образованной, веселой, и была бы отличной матерью его детям. Продолжила бы его род.
Ее натуральные золотые волосы были бы предметом зависти у партнеров по бизнесу и соседей. За тот год, что они переписывались по Интернету, она успела выучить ирландский в пределах разговорного. Она несомненно стала бы здесь своей, ее бы все полюбили, и проблем бы с ней не возникло – ни единой. Рассказы экскурсоводов она бы не критиковала, это уж точно!
Дойдя до последнего пункта, Киллиан нахмурился. То, что Аерин искала подвохи в рассказах гидов, его не напрягало совершенно. Потому что ему тоже свербило знать, что на самом деле происходило в Ирландии после появления здесь пиктов. И кое-что в официальных исторических книжках его сильно смущало.
Например, взять истории про завоевание Ирландии викингами – сколько Киллиан ни пытался постичь, когда и как это происходило – не было такого промежутка в истории острова, куда бы викингов можно было засунуть. Пикты, шотландцы, норманны из Нормандии, испанцы и англичане – эти отметились плотно, оставив после себя и свою кровь, и следы культуры. Но викинги… когда? Разве что в составе их потомков среди англичан!
Между тем, к его удивлению, к девчонке из России уже выстроилась очередь из желающих с ней сфотографироваться. И он не знал как на это реагировать – сердиться или радоваться внезапной популярности своей подружки.
Дернувший его на рукав мальчишка-официант спас его из затруднительного положения.
– Срочно! – прошептал тот – там поймали вора. – Ваши вещи…
Это мальчишка говорил уже в беге по коридору в гардеробную. Киллиан сунул руку в карман – номерка там не было. Зато возле гардеробной стойки наличествовал некий вертлявый молодчик, пытавшийся вырваться из рук охранника. Вид этого молодчика моментом воскресил в памяти Киллиана недавний эпизод в дверях туалета, выветрившийся из его сознания.
В самом деле, не кидаться же в истерику, когда на выходе из какой-то комнаты сталкиваешься с персонажем, которому срочно туда понадобилось протиснуться? Столкнулись, разошлись и сразу же об этом забыли. Однако оказалось, что это Киллиан забыл, а кое-кто очень даже ловко постарался из этого столкновения кое-что извлечь в буквальном смысле этого слова.
Если считать
Кстати, торопливый персонаж сидел связанный в углу и набычившись, взирал на охранника
– Это ведь ваши вещи? – спросил гардеробщик у Киллиана, вынимая из пакета его брюки и туфли.
– Да, – подтвердил Киллиан. – Там еще женская куртка должна быть и сумка с документами Аерин. Она туристка. В сумке должны лежать ее паспорт и виза. А мой блейзер в машине. Ключи были в другом месте, и бумажник тоже. Спасибо. Как вы только заметили?
– Ваша спутница очень яркая девушка. И…и она русская, не так ли? А русские никогда не доверяют свои номерки другим – только сами забирают свои вещи. Странно, что вы пришли вместо нее.
– Она сейчас несколько занята. Вы не возражаете, если наш пакет побудет в вашем гардеробе до конца мероприятия? Мне не хотелось бы ее сейчас волновать и портить ей впечатление от посещения вашего замка.
– О, конечно! – переглянулись гардеробщик с охранником. Только ей придется перечислить все предметы, которые лежат в ее сумочке, при полицейском. Это ведь не затруднит ее? Или вас?