– Во времена «пиктов» это была не юбка, а кусок материи три – четыре метра длиной: четыре нижняя часть, и три – верхняя. Верхняя использовалась дополнительно как скатка, в нее при походе заворачивалось все, что могло пригодиться, но не должно было мешать свободе рук, и таким образом висело за спиной как современные рюкзаки. Очень удобно, поверь!
– Я верю…
Девчонка ненадолго замолчала.
– Есть одна загадка, и я ее никак не могу решить, – наконец сказала она. – Гэлы пришли в Ирландию никак не раньше VIII века, и ты утверждаешь, что никто там до них не жил, а весь остров был покрыт лесами. Но ученые находят стоянки людей каменного века. Теоретически пикты, то есть гэлы, этих людей должны были сначала перебить.
– Мы никого не убивали, – скривился Киллиан. – Да это было бы и невозможно. Четверо против множества дикарей, вооруженных каменными топорами и копьями – это несерьезно.
– Тогда куда же эти первобытные люди могли исчезнуть?
Киллиан вздохнул.
– А вашим ученым не приходило в голову, что переселенцы могли не знать, как выглядит железная руда и не умели плавить металлы? Наша семья привезла с собой один топор, три ножа и гарпун для ловли рыбы. Пока дети не выросли и не завели собственные семьи, этого хватало. Но спустя еще 20 лет в поселке проживало уже 70 человек с лишком. Поэтому поневоле довелось искать, что из чего можно изготовить.
– Как просто…
– Угу. Самое примитивное объяснение чаще всего самое верное.
– А на севере в это же самое время вовсю развивался век железный…
– Именно что. Туда переселились все, кто остался от нашего племени, да и другие племена, возможно. Среди них были кузнецы. Но для нас даже обычный печной горшок стал достижением, когда нам удалось его получить.
– Как же вы готовили пищу?
– Жарили. Зерно мололи и разводили в воде – это была похлебка. Посуду делали просто и незамысловато: плели корзинки, обмазывали их глиной, а внутрь помещали миску, сшитую из шкуры животных.
– А если воду надо было вскипятить?
– Кидали в миску с водой камни, раскаленные на костре. Но до этого додумались не сразу.
Девчонка ненадолго замолчала.
– Ты так все это рассказываешь, словно сам пережил, – была ее следующая реплика.
– А вдруг?
– Ну, на Дункана Мак-Лауда ты не тянешь, и на тысячелетнего старикана тоже.
– Мы в детстве играли в дикарей. Разве вы нет?
* * * * *
Нетерпение, подхлестывавшее Киллиана весь путь от «Мостовой гигантов» до Ларна и слегка ослабевшее за время переправы через пролив, вспыхнуло с новой силой, едва паром причалил – он даже не запомнил названия порта, едва дождался, когда девчонка сядет на свое место в машине и поспешил выбраться из города.
Он мчался по шоссе с максимально разрешенной скоростью, и то, что оно вилось вдоль по кромке берега, его не пугало, точно так же и интенсивное встречное движение – он его едва замечал. Он рвался как можно скорее вырваться из бухты – потому что в ней, в этой бухте, не могло быть того, чего искала его душа.
Вот дорога вильнула вглубь суши… вот опять повернула в сторону моря… вот снова потянулась вдоль кромки воды…
Киллиан взглянул на девчонку – та испуганно таращилась вперед и молчала, верно поняв, что с зазомбированным идиотом спорить бесполезно. Но объяснять своей спутнице хоть что-то настроения не было, и он просто снизил скорость почти до минимума, впервые в жизни радуясь левостороннему движению в бывших британских колониях.
Теперь торопиться было некуда – надо было смотреть. Потому что он не знал, как теперь называется то место, где он когда-то жил, и от которого в последний раз отчалила его лодка. И пусть это были два разных места, но они должны были располагаться поблизости друг от друга.
Он ехал – он был уверен, что сердце подскажет ему само, когда они приблизятся к заветной точке. Но сердце молчало, и через три часа напряженного внимания Киллиан смирился с неудачей.
– Все, – произнес он, обращаясь не столько к девчонке, сколько к самому себе, – не могу больше. Как называется городок у нас по курсу?
– Гирван, – послушно подсказала девчонка.
– В нем и остановимся. Перекусим и решим, что будем делать дальше.
– Согласно, – кивнула девчонка. – Насчет перекуса. Ищем самый дешевый мотель и моча укладываемся каждый в своем углу, а еще лучше – в разных комнатах. Сегодня мы ничего обсуждать не будем. Лично я – хочу спать, и больше ничего.
А утром она сказала:
– Не хочу я сегодня никуда ехать. Давай ты сам осмотришь все прибрежные скалы в округе, а я спокойно и не торопясь пройдусь по этому городку, посижу на пляже, загляну в местный музей и съезжу на экскурсию в знаменитый на всю Шотландию замок Кулзейн или как там он называется.
Киллиан вздохнул. Бросать девчонку в его расчеты не входило.
– Смешная ты. Замок Калзин находится как раз в той стороне, куда мы направляемся. Ну покатимся мы со скоростью 30 км в час, а не 90, и вместо 10 минут будем двигаться полчаса. Зато ты хоть что-то сможешь рассмотреть вокруг.
– Я думала, ты собираешься возвращаться на тот отрезок дороги, который мы с таким энтузиазмом исследовали вчера.