И вдруг все это изменилось. Жалкие евреи, эти рабы мусульман, объявили о создании своего государства на землях ислама. Но этого мало! Они ухитрились победить арабов в пяти войнах, создали на песке, болотах и голых камнях государство-цветник, утопающее в зелени, изобилие сельхозпродуктов, передовые технологии и армию, которую не смогли победить самые сильные арабские государства, вместе взятые. Вот она, причина иррациональной ненависти мусульман к евреям и Израилю. И никакими коврижками, никакими подачками в виде щедрых денежных вливаний, совместных экономических проектов и территориальных уступок эту ненависть не унять. Ибо евреи самым своим присутствием на «земле ислама» (т. е. Палестине) и созданием государства Израиль унизил и арабов, показав им, что и они сами, и их религия – пустое место, ибо ничего позитивного за 1300 лет, руководствуясь Кораном, арабская нация не создала и создать не может, а может лишь превратить окружающий мир в пустыню. Поэтому расплатой за унижение может быть только уничтожение еврейского государства и самих евреев. Что тут может быть неясного?
Но вот уже более 20 лет и среди мирового еврейства, и в самом Израиле существует довольно большое число так называемых поборников «мирного решения арабо-израильского конфликта», которые, невзирая на иррациональную арабскую ненависть и жертвы среди еврейского населения как в самом Израиле, так и среди евреев других стран, продолжают политику умиротворения и уступок в отношении арабских погромщиков и убийц. Может быть, все эти люди – пациенты психиатрических клиник? Отнюдь! Это известные политики, представители служб безопасности и армейского руководства, литераторы, профессура университетов, то есть элита общества. Что же заставляет всех этих вполне образованных, трезво мыслящих, знакомых с историей своего народа, служивших в ЦАХАЛе и воевавших за Израиль людей снова и снова наступать на одни и те же грабли политического авантюризма, граничащего с безумием? Ведь подавляющее большинство из них родилось и выросло в Израиле и, казалось бы, должно быть напрочь лишено «комплекса галутного еврея». Однако генетическая память оказалась сильнее.
Ларчик, к сожалению, открывается просто. Проживая полтора тысячелетия в атмосфере постоянной лжи и ненависти со стороны окружавших их чужих этносов, евреи, как ашкеназы, так и сефарды, невольно начинали смотреть на себя глазами враждебных этносов. И, чтобы выжить в этой нечеловеческой ситуации, принимали точку зрения окружающих народов. Лишенные права на защиту, права на ношение оружия, зависимые от воли чужого правителя и враждебного суда, рассеянные на огромных пространствах Европы и Азии, еврейские общины все время чувствовали, что люди, среди которых они живут, разрешают им жить, добывать себе пропитание и растить детей из милости. Такая жизнь вырабатывала в национальном характере такие отрицательные черты, как самоненависть, угодничество, доносительство, стремление быть хорошими в глазах государственнообразующей нации, не раздражать окружающих своими обычаями, манерой разговора, внешним видом, самим своим присутствием.
С другой стороны, многие евреи, демонстративно отвернувшиеся от иудаизма и получившие светское образование, страстно желали «стать такими, как все», «своими», т. е. слиться в единый этнос с коренной нацией.
Так сформировался галутный комплекс «хорошего еврейского мальчика», который, как показала история XX века, мало помог евреям спастись от травли, преследований и массового уничтожения.
Но, увы, упование «отцов сионизма» на то, что, выйдя из галута, в своем национальном государстве, на своей земле, за три-четыре поколения можно вырастить «нового еврея», лишенного рабского наследия галутных комплексов, оказалось ошибкой.
После героической борьбы за образование государства Израиль, после победоносных войн и расцвета государства комплекс «хорошего еврейского мальчика» стал проявляться уже не в быту, а на государственном уровне.
Вместо старого галутного принципа: «Это может не понравиться гоям» в израильском обществе возник другой: «Это может не понравиться мировому сообществу». На этом построена вся внешняя и значительная часть внутренней политики. Это постоянное озирание на мнение окружающего мира и желание быть хорошим в ущерб собственным национальным интересам характерно только для Израиля. И именно такое поведение вызывает презрение остального мира по отношению к Израилю, подобно тому, как непротивление еврейских общин галута погрому и насилию вызывало злорадство, а не сочувствие окружающих народов.
